Четыре сказки с особенными героями

Всё, что было в них, так это лишь жажда наживы да злость! Мой учитель ко многим подобным негодяям такое же средство применял,… таким же образом злости и ярости их лишал! Так у тех потом хоть что-то оставалось, и они могли ещё пользу приносить; у кого вера в Бога была, у кого трудолюбие, у иных и совесть находилась, а у этих кроме их собственной глупости ничего не осталось,… только бессвязно хихикать и могут! Эх, никчёмные людишки,… ну и куда же мы их теперь определим!? – сделав выводы, спросил у собравшегося народа Гюнтер.

– А на что они нам нужны, такие-то обалдуи! До этого-то не надобны были, а уж ныне и подавно! Для таких как они лишь одна дорожка, в дом умалишённых! Пусть там и сидят,… среди нас им места нет,… нам управленцы работящие, трудовые требуются, чтобы знали все наши чаяния и нужды, а этот хлам только на свалку! – чуть ли ни хором прокричали люди, выразив своё единодушие.

Ну как решили, так и поступили. Вызвали санитаров из городского дома умалишённых, да туда и свезли полицмейстера с бурмистром, подальше с глаз, чтобы честному народу жить не мешали.

А на их место других людей выбрали, порядочных и справедливых. Вот так и был наказан негодяй и пройдоха Урент.

И это правильно, ведь даже сам господь если хочет кого-то наказать, то он его непременно разума лишает. Ну а дальше в слободе всё пошло на лад, люди зажили спокойно, достойно и по-доброму. Дом родителям Гюнтера, честно ими заработанный, и по праву им принадлежащий, вернули. А в скором времени они в него и переехали.

Гюнтер помог им обжиться и обзавестись всем необходимым. Навёл в доме чистоту и порядок. Устранил весь тот безобразный хаос и кавардак, который оставался после разгульных пирушек бурмистра. Приобрёл для отцовской мастерской различного рода технические инструменты, приборы и станки.

Ну а отец буквально на следующий день после переезда вновь к своему инженерному делу с удовольствием вернулся. В общем, родители были счастливы и чувствовали себя на седьмом небе от всего для них сделанного, и уже ожидали, что и Гюнтер переедет к ним, но нет, он, как бы они его не просили, остался с Ойген Карловичем.

– Вы уж простите меня, мои хорошие,… но я сделал свой выбор,… я останусь с учителем и полностью посвящу себя его делу,… я, так же как и он, буду помогать людям,… и вместе с ним продолжу отстаивать справедливость и правду. А вы уж живите вдвоём,… так для вас лучше будет,… а мы к вам в гости приходить станем… – обещал он родителям, да так всё и выполнил.