Петушки обетованные. В трех книгах

Солнце уже умерило свою дневную щедрость и потихоньку клонилось к закату. Ветра совсем не было. Стояла удивительная тишина. Мы пребывали в мире торжественного спокойствия, умиротворения и красоты. Главной темой нашего неторопливого разговора были отец Кирилл да инок Иоанн, которого матушки ласково называли «дедуля». Для меня это были интересные отрывки – общая картина никак не складывалась. Вытягивать же недостающую информацию в тот момент я посчитал неуместным.

Матушка Людмила вспоминала, как в прошлый приезд она пожаловалась батюшке на колорадского жука, который просто косит картошку.

«Ты мне покажи жука-то, каков он из себя?» Принесли. Старец разглядывал матерого и укорял: «Что же ты, дружочек, пришел сюда?» Велел отпустить насекомое. После отъезда отца Кирилла жуки разом пропали.

…Хоть и следили за дорогой, а гости подъехали незаметно. После теплой встречи и обычных приветствий мы на двух машинах тронулись к кладбищу. Там батюшка неторопливо облачился: надел епитрахиль, поручи.

Сопровождавший священник возжег кадило, и отец Кирилл начал панихиду.

Удивительная служба. Солнце уже не пробивалось сквозь кроны вековых гигантов, и в вечернем полумраке отчетливые пласты ладанного дыма медленно восходили наверх. «Покой, Господи, душу усопшего раба Твоего…» Молитва тоже поднималась в вечность.

После службы отец Кирилл традиционно раздает иконы. Из его благодатных рук мне достались лики Спасителя и Серафима Саровского. Другие – удивительно, но это так – получили то, что они тайно хотели.

У могилы инока Иоанна. Слева направо: А. И. Золотова, Л. В. Пьянкова, Монахиня Варвара (Золотова), монахиня Людмила (Золотова), архимандрит Кирилл, Г. И. Катышев. 21 июля 1998 года

Ужин в деревенском доме незабываем. Старец держится просто, но чувствуется в нем великая сила. Матушки наперебой угощают, а он наперед оделит всех, а потом и сам отведает. Удивился чернике, что она уже поспела. Хозяйки объяснили, что сегодня в лесу напали на ягодный островочек.

Больше нигде ягоды не было. А здесь смогли набрать мисочку.

Я никогда в жизни не бывал в такой атмосфере. Нас обнимала теплота, простота, спокойствие и внутренняя умиротворенность. Наверное, это и есть первоначально данное человеку Богом состояние, которое он по своему неразумию не оценил.

Перед отъездом отец Кирилл каждому сказал что-то теплое и благословил. Мне же дал радость знать, что мы еще увидимся.