Сердце русалки

Глава 2

Черный лес, окружавший угодия Лафонтенов, пользовался дурной славой среди крестьян, которые в то же время почитали это место как божество. Уж сколько было слухов, как там пропадают люди, которых не находят ни живыми, ни мертвыми. Каждый крестьянский ребенок знал, что там водится всякая нечисть: демоны, привидения и даже русалки. А русалок местные особенно боялись, хотя, сказать по правде, никто ни разу ни одной не видел. Но, может, без вести пропавшие как раз и встретили их в лесу? Потому и не вернулись.

Маленьких детей в деревне всегда пугали русалками. Если не будешь спать, из-под кровати выползет русалка и украдет тебя! Если не будешь есть, приплывет русалка и откусит тебе язык! Если пойдешь гулять в Черный лес один, то… И так понятно, что с тобой произойдет.

Страшные сказки о русалках были лишь частью местного фольклора, и никто особо не думал, откуда он взялся, и где растут корни абсурдных страхов. Мало того, здравомыслящий человек, который не верит в магию, явно задумался бы, как может напасть на спящего в кроватке ребенка русалка, если у нее хвост и она, по мифам, живет только в воде? Как она до него доберется? Но логика не играла никакой роли.

Местные любили и боялись персонажей сказок, и передавали страшные истории из поколения в поколение. Несмотря на то что не было ни единого доказательства, что русалки в этой местности все же водятся, вера в них подкреплялась поистине каким-то волшебным образом. Людям просто нравилось, что именно их Черный лес и  Лазурное озеро имеют мистическую славу, а правдивы слухи или нет – неважно.

Каждый житель деревни был по-своему связан с русалками. И молодого крестьянина Ганса объединяло с мифами об озерной нечисти гораздо больше, чем он себе представлял.

Это был один из тех вечеров, когда после полуденного летнего зноя, нещадно жарившего поля, и тяжелой физической работы – сейчас как раз пришла пора собирать пшеницу, – когда уже не хотелось никаких танцев и прогулок с девушками, а только прийти к себе в избу, рухнуть на лавку и заснуть мертвым беспробудным сном от усталости, чтобы на следующее утро встретить такой же трудный день.

Ганс не чурался физической работы, он был буквально создан для нее – высокий рост, широкие плечи, сильные ноги и мускулистые руки делали его очень ценным работником. Он таскал мешки с зерном и мог полоть без устали по несколько часов. Если бы его запрягли в плуг вместо лошади, он мог бы вспахать поле сам без посторонней помощи.