Художники смерти

Но, как ни странно, я понял его речь:

«Лейся тахпах, как острый и душистый айран из бурдюка, зайдись сердце слушателей от песни, развернись душа от подвигов дней минувших. Смотрят на нас из юрт своих небесных могучие алыпы, что вершили дела славные на земле хакасской. О славе дней минувших разворачивайся рассказ, как дорога в сухой степи среди пучков ковыльных, пусть стучат струны, подобно копытам богатырских коней по твердой земле. Легенда наша – о битве двух богатырей на берегу реки Медвежьей крови, об алыпах, что звались Западным и Восточным Солнцем.

Высок, словно пики далеких Саян был богатырь Западное солнце, лицом бел, словно береза, быстр и беспощаден, словно клинок меча его, лунным светом отливавший. Как буря ворвался он однажды на землю хакасскую и стал вольно жить среди степей здешних. И не было ему препятствий – полегли первые воины от меча его и первые красавицы от взора его. Тысячелетия прошли, проскакали подобно табунам лошадей вольных, но помнит кровь народа алыпа нездешнего – до сих пор в аалах рождаются дети, что белы лицом, подобно березам и светлы взором, как Западное солнце.

Странствовал богатырь по степям и лесам, чрез реки на коне переплывал, через холмы перескакивал.

Мчался его конь, выстою с четверых быков, взрывал землю копытами, дробил подковами камни на курганах. И заволновались духи земли и воздуха, растревожились он удалью человека пришлого, пошла дрожь по миру нижнему, и раскололась земля, и брызнули наружу слезы ее, озера целые наполнив.

Увидел слезы земли своей алып по имени Восточное солнце, услышал стоны духов предков своих. Но решил он что виною видений ночных его стала плотная трапеза в юрте, да лишняя чаша пенного айрана растеклась по разуму его. А потому повернулся богатырь на ложе своем, омрачил обоняние соседей своих, и продолжил сон.

Тем временем примчался Западное солнце к берегу соленого Царь-озера и, преклонив колени, испробовал воды его. Удивились и обрадовали духи такому почтению к слезам земли, восхитились смелости человека, что приобщился к ним.

И решили они принять алыпа в своем краю, и сделать его главным смотрителем и защитником всего края.

Пока пил богатырь Западное солнце воду соленую, почувствовал он в себе силу, доселе даже ему не ведомую, и, распрямившись, стал твердо на берегу каменистом и воскликнул: «До чего же приволен и благодатен край, скачу по которому я уже не один день»! Ветер пригнул траву степную, возмутил волны озера от крика богатырского.