Школа романиста «WATIM». Апрель

Ну? Согласны?

– А чё вы спрашиваете! – фыркнул Утр. – Тут ваша сила и ваша власть.

– Тут вы за нас все решаете, – смотрел волчонком Лайм. – Ишь, какие рожи довольные!

– Небось и сейчас уже решили! – демонстративно отвернулся к окну Утр.

– Все равно завтра сбежим, – пообещал Лайм.

– Не сбежите, – уверенно сказал мистер Грин, поворачивая их к двери.

– Чё, в клетку засадите? – сплюнул сквозь зубы Утр.

– В клетку сажать не будем. Да и нет у нас клеток.

– Тогда сбежим, – с бахвальством пообещал Лайм.

– Вам у нас понравится, – пообещал мистер Грин, подталкивая ребят к выходу. – Попрощайтесь с добрым господином лейтенантом.

– Он не дама, – сказал Утр.

– Пока, полиция! – сказал Лайм.

В Центре новеньких отмыли, переодели, накормили и мистер Грин повел их на экскурсию.

– Здесь вам предстоит жить до окончания школы, – как о чем-то решенном, говорил он.

Ребята чувствовали себя немного неловко в новых кроссовках и спортивных костюмах.

– А с чего ты взял, что мы будем ходить в твою школу? – уже без прежней агрессии спросил Утр.

– В мою вы ходить точно не будете, я свою школу давно закончил. И университет закончил, – в том, как разговаривал с ними этот мистер, было что-то непривычное. Он не давил на них, не командовал – туда пошли, сюда. Он говорил как с равными и как с давно знакомыми ему ребятами, и даже ни одного раза не сморщился от их грубости или хамства.

– Первый раз вижу такой спецприемник, – признался Лайм. – Обычно привезут в какой-то гадюшник, похлеще нашего подвала. Сначала почки отобьют, кровянку из носа пустят. Потом в карцере дня три продержат, и только потом жрачки дадут, да воды умыться.

– У вас карцер есть? – спросил Утр.

– Пока не построили, – усмехнулся Грин.

Он без спешки водил ребят по Центру. Показал бассейн, – они потрогали воду; в тренажерном зале покрутили велосипед и пробежали по дорожке; в спортивном зале побросали в кольцо мяч. Дошла очередь до учебных классов и игровых комнат.

– Ух ты! – загорелись глаза у пацанов. – А нам поиграть можно?

– Все это теперь так же ваше, как и ваших новых друзей.

При слове «друзей» оба напряглись.