Радомир. Путешествие в Семиречье

Кто носами трётся, а есть и те, что в лицо друг другу плюют и при этом радуются, – на мгновенье прервавшись, Родослов медленно обвёл взглядом всех детей. – А вы как разумеете, что должно содержаться в приветственном слове?

На некоторое время на поляне воцарилось задумчивое молчание. Лишь кот Котофей широко зевнул, показывая всем своим видом, что уж ему-то ответ точно давно известен.

– Слышал я от сродников своих, что любой потомок славного Рода может имени своего не назвать, но приветствовать встречного обязательно должен, – густым басистым голосом сказал маленький мальчик лет пяти, сидящий напротив Радомира.

– Мыслю согласно я с Велимудром, – поддержала его белокурая девочка постарше, – а вот плевать друг дружке в лицо – это поганость какая-то.

– Отчего же поганость? – улыбнувшись, спросил Родослов. – Так народы в засушливых землях друг дружку приветствуют. Тем они показать хотят, что и последнего глотка встречному не пожалеют, все отдадут, а уж ежели надобно, то и своею влагой поделятся.

– Думаю я, что первее и главнее тут, – сказала Всеслава, – не форма приветственная, а пожелание внутреннее.

– Правильно мыслишь, Всевушка! – кивнул старец. – Желая добра аль здоровья, нужно и в мыслях того представлять. Многие нынче здороваются, а в голове о своем уже думают. Пусто такое приветствие. Не несёт оно в себе ни пользы, ни радости, может, лишь малую толику.

Солнце медленно клонилось за горизонт.

– Кроме того, – продолжал Родослов, – верили предки наши, что даже если ворогу приветствия доброго пожелать, огородиться тем можно от влияния злого. А потому, что он тебе в ответ скажет, можно понять о замыслах его сокровенных.

– Дедушка Родослов, а как понимать жесты приветственные? – спросила белокурая девочка. – Какие из них злые, а какие добрые?

– Как мыслишь ты, Велимудр? – глядя на малыша, обратился к нему старец.

– Слыхивал я от прародичей, что те, кто под разными звёздами рос, по-разному знаки руками являют. Есть те, кто десницу ввысь простирает, бога солнца – Яро прославляя; а есть те, кто поклоны бьёт, дланью касаясь богини земли.

– Есть ещё и такие, кто руками внахлёст за запястье друг друга берут, – вступил в разговор Светловзор.