Вибрирующая реальность. роман

Все ступай.

– А, сейчас – растерянно спросил Гриша – домой можно идти?

– Да – отрезал шеф, переключая внимание на экран монитора – завтра с друзьями, в час не забудь.

На следующий день коллеги встретились в час дня возле метро «Полянка».

От Самсона пахло перегаром. Его слегка подташнивало, лицо было бледное с желтоватым оттенком, глаза красные. Вазян был небрит, густая щетина нерономерно торчащая на его щеках выглядела отталкивающе, одет он был в голубые джинсы и жеванную клетчатую рубаху.

Гриша взглянул на эту пару и сердце его сжалось от ужаса.

– Вы что? – чуть не плача закричал он – совсем спятили, я же вам вчера сказал. Вы…, нам…, мне…

Гриша стал красный от гнева, он кричал и махал руками, захлебываясь яростью. Он не успел договорить, его прервал телефонный звонок, звонил Вадим.

– Да, шеф, да, ждем. Хорошо. Хорошо.

Они обогнули книжный магазин, прошли по улице, завернули во двор и подошли к черной железной двери.

Гриша взглянул на часы и закурил сигарету.

– Я до ларька, воды куплю – сказал Штиц хриплым, отрешенным голосом.

– Нет, нет, сейчас уже войдем, нельзя уходить – запричитал Гриша.

Самсон, игнорируя слова Гвоздева, повернулся и отправился в поисках ларька. Он ходил минут десять, за это время ничего не произошло.

Без трех минут два раздался звонок.

– Да, шеф, да мы здесь, ждем, хорошо – отрапортовал Гриша.

Дверь щелкнула, все трое вошли внутрь. Их встретил охранник – великан с каменным лицом, его массивный бритый затылок, блестел, как бильярдный шар.

Он проводил троицу по длинному, узкому коридору до кабинета.

– Вас ждут – сухо сказал он и открыл дверь.

В кабинете стоял круглый стол, за ним сидел Вадим и мужчина, маленького роста с противным лицом красного цвета и большими оттопыренными ушами.

– Добрый день, господа – поздоровался краснолицый.

Он произносил слова с небольшим акцентом, растягивая их словно резинку, готовясь прихлопнуть ей муху.

– Это врач – сказал Вадим недовольно и указал на Самсона – это искусствовед, а это мой помощник Григорий.

Вадим так жестко и ненавистно глянул на Гришу, что тот готов был провалиться сквозь землю. Гвоздев отвел взгляд и уставился на стенку.