Гроза над скудельницей… не стихнет

 – Самокритично отозвался Расков, не соврав ни капли.

– Прекрати, ты у меня лучший папа на свете.

Водитель расплылся в улыбке: нечасто дочь делает ему комплименты, потому от каждого её доброго слова, приятнее стократно.

Екатерина продолжала:

– Что касается меня… ничего! Восстановлюсь быстро: на природе, в тишине, на свежем воздухе. Я в прошлый раз несколько килограмм сбросила, пока делами по даче занимались с Мишей, а в городе опять набрала, целых пять! Это очень заметно, свисает с боков. – Тоже не стала лукавить девушка: при росте в 160 сантиметров и колеблющемся весе в районе «мешка цемента», несколько тысяч грамм в плюс-минус, весьма ощутимы.

– О, ты посмотри! – Воскликнул папа, когда подъехал к "усадьбе" Кати: там оказалась вычищена и засыпана щебёнкой небольшая стоянка под машину, – твой приятель, видать, постарался – молодчина! Всю бы дорогу так, камнями проредил… интересно, чем он трамбовал?

– Не удивлюсь, если ногами! – Засмеялась дочь.

Расковы вышли из автомобиля, первая мысль – хорошо! На улице штиль, солнышко едва поднялось, ещё не припекает – ласкает; в перерывах пения степных птиц – благодатная тишина.

– Пойдём! – Выдохнув, позвала Екатерина отца за собой.

– А разгрузка? Думал, твой боец поможет, сам не вытащу генератор (грузить помогал дворник), почки отвалятся. Где он?

– Без понятия! – С тяжело скрываемым сожалением пожала плечами дачница, сама рассчитывала: Миша обгонит их и станет ждать у калитки, – видела его мотик над сторожкой, примчит скоро… надеюсь.

– Тогда ты помогай… не знаю, как справимся? Позвони ему, что ли, пусть мчит сюда.

– Номера нет, я свой оставляла, он не звонил. – Прятать печаль от Ивана больше не выходило, он заметил это, но вида не подал.

Издалека послышался рёв двигателя «Чезета».

– Едет! – Взвизгнув, как малышка лет пяти, подпрыгнула от радости Катя и тут же, застыдившись своего порыва, поспешила скрыться от бати за плотным строем кустарников на огороде.

Екатерина осмотрелась: сад и тропинки ухожены, всё блистательно вычищено (почти) Смирновым – глаз радуется! Единственное, временная баня, сооружённая ей ранее, требовала ухода – плёнка прорвалась во многих местах.

Вход в веранду ростовчанке преградила павшая верхушка сухого дерева, – «Ого! – подумала девушка, оттаскивая препятствие в сторону, – знатный ветер здесь погулял!» Замок на дверях висел в том же положении, в каком Екатерина его оставила.