аКОРРУПЦИЯ

Белый конверт вернулся в черную папку. Манагер поднялся, намереваясь покинуть кабинет для инструктажа, но лоббист предпочел еще помозолить глаза начальству.

Выйдя от шефа, Ерошкин прошел по желтостенному коридору на кухню. В круговороте дел он пропустил традиционное кофепитие. У стола ворковала Ирочка – директор пропустил утренний чай. Редкое событие – ворковала одна. Сергей швырнул папку на стол. Словно истосковавшийся любовник, набросился на секретаршу, прижал к стене, навалился на вожделенное тело. Руки быстро скользили по груди, бедрам, сжимали упругую попку, губы искали поцелуя.

– Сергей Михайлович, что вы? Вдруг кто-нибудь войдет?

– Скажем, что я не устоял перед тобой, а ты меня всего лишь… поддержала… от падения… от грехопадения…

Она положила маленькие пальчики на вытянувшиеся губы чужого мужа.

– Неужто жена уехала к маме?

– Нет, но еще не вечер. – Ловелас сконцентрировал поцелуи на плечиках, шейке.

– Ну все, Сереж, хватит! – Секретарша перестала изображать, оттолкнула.

Ерошкин удивился силе мягких ручек, ослабил объятья. Ирочка высвободилась, оправила платье, грустный взгляд скользнул по полу.

– Ты чего? – Сергей пытался заглянуть в голубые глазки.

– Ничего.

– На что обиделась?

– Ни на что.

– Ну перестань дуться. – Продажник снова приобнял, но секретарша отстранилась.

– У тебя на меня совсем нет времени… так только… позажиматься на кухне.

– Ну, давай завтра в обед прокатимся на речку?

– Ты меня только завтраками кормишь.

– Мог бы и ужинами, но, увы, женат.

Из коридора донесся гром шагов, нарастающим эхом докатился оживленный разговор двух системных администраторов. Ерошкин, будто испуганный птах, отскочил от жасминноароматной пассии, схватив папку с «откатом», поспешил на рабочее место.

– Сергей Михайлович! – Окрик голубки догнал струсившего голубка. – Когда принесете справку? Остались только вы, Лобов и Пал Палыч.

– Завтра! – бросил Сергей, не оборачиваясь.

Ирочка невольно напомнила об обещании соседке, значит, сама на сегодня отпадала.

Пройдя мимо активно жестикулировавших сисадминов, державшихся на фирме только из-за дешевизны и директорской жалости, продажник проследовал за перегородку в комнате менеджеров. Он включил старенький ноутбук и затянулся сигаретой, небрежно бросив пачку на стол, папку убрал в ящик подкатной тумбы.