Заклятые враги

И мы хотели бы обсудить это наедине, чтобы не подводить Академию…

Она осеклась, заметив, как внимательно женщины изучают друг друга.

– Вы знакомы? – вопрос сам сорвался с губ.

– Не думаю, – покачала головой Холли.

– Может пересекались случайно в городе, – сказала Мэг. – Ваше лицо я уже видела, но не могу вспомнить, где именно… впрочем, это неважно. Давайте приступим к делу.

***

– В каком году была открыта система Лайан-Прайд? – спросил мистер Подольски, и окинул класс скучающим взглядом.

Как всегда. Одинокая рука. Генри Хоппер. Единственный мальчик из класса, способный добраться до Высшей школы Единой галактической Академии. Судьбу остальных мистер Подольски определил еще в первую неделю работы с группой. Хотел бы он ошибаться, но за все годы такого не случалось.

– Да, Генри?

Темноволосый мальчик встал и одернул края пиджака.

– Двадцать седьмого декабря трехтысячного года! Звездная система Лайан-Прайд была открыта исследователями на рубеже двадцать девятого и тридцатого столетий, спустя три века после того, как планета Земля Солнечной системы окончательно укрепила позиции в статусе научно-исследовательской лаборатории и планеты-конвейера, целью которой являлась колонизация космоса и изучение бескрайних глубин Вселенной!

Всю эту монументальную тираду Генри выпалил на одном дыхании и слегка запыхался.

Мистер Подольски улыбнулся.

– Как всегда верно, Хоппер! Можете садиться. Как известно, дни ученых делятся на удачные и не очень.

Когда была открыта наша система, внимание исследователей привлекла самая удаленная от звезды планета, на которой наши с вами предки основали колонию. Планета получила созвучное с рубежом столетий имя, – учитель выдержал паузу, – Миллениум.

– Да уж – очень оригинально! – фыркнул Стив Райли.

Для десятилетнего ребенка, по мнению мистера Подольски, он позволял себе слишком много. Учитель свято верил в то, что из детей вроде Райли вырастают уголовники, приговоренные к смерти сразу в сотне разных галактик.

Таких нужно призывать к ответственности сразу же, с малых лет, пока не случилось непоправимого.

– Мистер Райли! – обратился учитель к мальчику. – Поведайте классу, чем так ценна для Республики наша с вами планета Миллениум?

– Рудники? – исподлобья взглянул Стив.

– Встаньте, когда с вами разговаривает старший по званию! – приказал мистер Подольски, и ребенок вытянулся в струнку.