Странный апокалипсис. Начало

Длинный темный коридор, в конце которого виднелся вход в обеденный зал, слева туалет, а справа две двери с надписью ДУШ. С одного из них доносились звуки, которые обычно сопровождают помывку.

– Римма!

– Я сейчас, ты в зал проходи, – раздалось из-за двери.

В зале, недалеко от стойки был накрыт стол. Несколько салатов, три коробки сока, бутылка Хеннеси и пара бутылок портера.

– Хм, не плохо она тут развернулась.

– Ты садись, начинай, сейчас горячее будет готово, – появилась она вслед за мной.

– М-мм, – действительно с кухни доносились запахи готовившегося мяса и жареной картошки.

– Тут у них газ, еды море, вот решила закусить по-настоящему.

Римму было не узнать. Она поменяла своё грязное рубище, в которое была одета на джинсы и фиолетовую кофточку, на голове был накручен тюрбан из полотенца. Оказалось, что у неё вполне приличная фигура, правда, лицо вследствие длительных запоев, оставалось такое же отёкшее. Заметив мой удивленный взгляд, поторопилась оправдаться: – Ты не подумай, это я не с них взяла! На кухне сумка лежит, с совершенно новыми вещами, вот и решила соответствовать спутнику, – донеслось уже с кухни.

– Приятного аппетита!

Честно сказать не ожидал такого преображения от этой женщины, которую часто видел еле стоящей на ногах, полностью потерявшей человеческий облик. Словно угадав мои мысли, она смутилась, тонкой, а когда бывшей изящной рукой, поправила чёлку.

– Я тебе тёмного принесла, ты, похоже, его любишь.

– Смотри-ка ты, заметила! – отметил я про себя.

Она тем временем налила себе коньяка: – Первый раз в жизни я выпила шесть лет тому назад и начала с Хеннеси и вот опустилась до спирта с точек.

Залпом опрокинула содержимое бокала в себя.

Честно говоря, мне и кусок в горло не лез, но глядя, как она с аппетитом начала уплетать собственноручно приготовленное мясо последовал её примеру.

– Я так полагаю, молчание твой жизненный стиль? – пережёвывая мясо, спросила невольная спутница.

Не ожидая ответа, продолжала: – И как ты думаешь, что же произошло?

– Над этим и размышляю, молча.

– А ты знаешь, тебе повезло, самые близкие у тебя живы, а остальные… Ты бы точно не стал сильно убиваться, если бы кто-нибудь умер в обычное время.

Мне подумалось: – А ведь она права.