Цельсиус

– И что это еще за секрет начинающих драматургов – перегаром разит за версту, а алкоголя ни капли?

Моих сил хватило только на то, чтобы закрыть дверь, – я остался в прихожей и, прислонившись к стене, издалека рассматривал невысокую, призывно утонченную фигуру бывшей балерины.

– Кристин, тебе нельзя ходить в таких обтягивающих джинсах. Ты перезаражаешь полгорода мыслями о собственной неполноценности.

– А ты так и будешь стоять в прихожей?

– Это будет зависеть от тяжести заболевания – ведь я уже инфицирован.

Кристина сняла куртку и бросила ее на диван, оставшись в футболке, ее волосы были собраны сзади в высокий хвост – все это придало мне воодушевления, но не добавило сил. Какая все-таки удивительная способность – за все то время, что мы не виделись после разговора с худруком, она безошибочно выбрала момент, когда у меня даже стоять нет сил. Не говоря уже про что-то более… ресурсоемкое.

– Я все выяснила, – сказала, вернее, чуть ли не прокричала мне в прихожую Кристина. – Это все Кочубеева, это ее козни.

Пришлось отлепляться от дружелюбной вертикали стены и перемещать тело в комнату, вознаградив себя за дерзкий внутриквартирный переход долгожданным воссоединением с диваном.

– Ты знаешь, Кристин, у меня сегодня в голове словно блок какой-то. Но не тот, который поэт, а самый настоящий ступор. Так что извини, но я ничего не понял про Кочубееву.

Кристина вздохнула.

– А тут и понимать нечего. Кочубеева крутит Хутором, как хочет. Думаешь, как она получает все эти свои главные роли? Она увидела, что твоя новая пьеса написана под меня.

– То есть как? Подожди. Как убедила?

– Как, как… – пожала плечами Кристина. – Откуда мне знать? Орально, например.

– Какие дивные сексуальные фантазии… – я попробовал представить себе крупную фигуристую Оксану и семидесятилетнего худрука хоть в какой-нибудь, самой простой совместной позе и почувствовал, как у меня оплывает от дымящегося напряжения и без того разжиженное серое вещество.

– Это никакие не фантазии, – Кристина вдруг посмотрела на меня с непонятной злостью, словно я был причастен к роману худрука с Оксаной Кочубеевой, – это ее обычная тактика, она всегда так поступает. Находит нужного для достижения ее цели мужика и соблазняет его.

Кристина замолчала.

– Ну о’кей, – я попытался собрать в одном месте черепной коробки пошатывающиеся, норовящие разбрестись мысли, – Кочубеева спит с Хуторянским.