Игры смерти

Ворота замка укреплены бойницами, которые, при надобности, закрывали львиные головы. Минуя конюшни и кухню, пленников провели в гостиный зал. Глаза разбегались не зная на что обратить внимание. На полу выложена копия фрески «Сотворения Адама», а на потолке изображено звездное небо. Вся мебель была уникальна. Всю мебель объединял герб, не ней вырезана голова царя зверей. Видимо, это животное олицетворяло власть это семьи. Лиона толкнули вперед, тем самым оторвав его взгляд от роскошного интерьера.

– Что вы решили? – спросил Франсуа.

– Решил, что вы мой должник до конца своих дней.

– Введите их! – прозвучал грубый голос из комнаты, где решалась судьба двух бедолаг.

Войдя в кабинет, Лион долго не мог определить, куда ему смотреть. Интерьер помещения мог конкурировать с роскошными дворцами королей. А человек в кресле напоминал ему умершего дедушку, который любил с ним нянчиться. Его волосы были черные, как смола, а выражение лица выражало благородство и тончайший ум. Лишь острый глаз мог заметить миниатюрное родимое пятно на веке этого человека.

Лион обрадовался, ведь это отличительная черта его семьи: у всех мужчин в его роду было такое же родимое пятно. Также он заметил, что этот мужчина довольно плотного телосложения и был немолод: виски его уже поседели. Перестав перебирать бумаги и встав с кресла, больше походившего на трон, обладатель твердого и грубого голоса, заговорил.

– Вы имеете честь разговаривать со мной – бароном Винченцо де Мартези. Имя, которое вы пытались опорочить, нужно заслужить.

Господа, давайте будем крайне честными: от этого зависит ваша жизнь. Кто прикрывался моей фамилией? Кто назвал меня «трусливым итальяшкой»?

– Позвольте вас поправить: оскорбления в вашу сторону – это чистая выдумка. Этого человека, стоявшего рядом со мной, схватили просто так – без весомой на то причины. Один лишь я просил вашей аудиенции, – выпалил Лион.

– Я всего лишь учитель, проходивший мимо, – сказал Франсуа, решившись вставить свое слово.

Барон приказал своему помощнику Эмилю вывести учителя из кабинета, чтобы поговорить один на один с «разодетым», по его словам, «павлином».

Винченцо смотрел на Лиона с такой злобой, что ему было трудно сохранять спокойствие.

– Так это вы прикрывались моим именем?

– Вовсе не прикрывался! Это имя принадлежит мне по праву рождения. Меня зовут Лион де Мартези. Выслушайте мою историю, и то, что вы узнаете, заставит вас смягчиться.

– Продолжайте, – с насмешкой и недоверием произнес Винченцо.