Сияние Каменного Сердца. Чёрный Архангел

Сначала она непонимающе осматривалась по сторонам, а затем ее взгляд остановился на мне.

– Андрюш, это ты? – пролепетала Анюта, осматриваясь по сторонам, а я подошёл к ней и присел рядом.

Сначала слов не надо было. Я притянул ее к себе и поцеловал. Лишь через долгую минуту, когда она уже обняла меня в ответ, я отпрянул от ее губ.

– Вот теперь точно я, – уголок моих губ поднялся в ехидной улыбке.

Вот только у нее осталось кое-что инородное. Та погань, которой её наградил Феникс. Надо же, Гефест сдох, а пламя осталось.

– Я заметил, ты даже после этого, – я мотнул головой на скелет Гефеста, а затем чуть склонил голову, – огненная птичка. Исправим?

– Погоди, – похоже, она только сейчас начала понимать происходящее и встряхнула головой, осматривая выгоревшие останки, – а как ты его?

Аня приложила ладонь к губам, а ее взгляд нервно метался вокруг.

– Нет! Не надо ничего исправлять, – резко ответила она, подняв на меня глаза, – сам подумай, это же идеальный вариант. Тем более, раз ты смог покончить с ним.

Андрюш, кто нам сейчас может навредить?

– И то верно, – согласился я.

Не хочет так не хочет, силу что ли применять.

Я встал с дивана и отошел на пару метров, так и смотря на Аню.

– Знаешь, раньше, когда я был еще несмышленым соплежуем, то задавался вопросом – случится ли когда-нибудь такое, что заставит меня пересмотреть взгляды на жизнь? И Черный Архангел ответил на этот вопрос.

Я опустил голову, вне терпения выдохнув, и прямо перед Аней раскрылись мои внушительные, черные крылья, а я посмотрел на нее исподлобья.

Ее взгляд того стоил.

Аня сглотнула, не отнимая от меня взгляда.

– Чёрный Архангел? – она едва выдавила это из себя, – теперь, ты Чёрный Архангел? И… что всё это значит, Андрюш?

«Другой. Будто и не он вовсе. Кто же ты… что сделал с Андреем?» – она смотрела в мои глаза, а я так же отчетливо слышал ее мысли.

Когда крылья скрылись за спиной, я посмотрел на стол, за которым сидел Гефест. Там была ваза, осколки которой усыпали стол.

Я взял одну единственную, белую розу со стола и с задумчивым видом покрутил ее в руке. Все это сопровождалось Аниным непонимающим взглядом. Я мельком посмотрел на нее и потом снова на розу. Ее зеленый стебель почернел и иссох, а лепестки с нежно-розового сменили цвет на черный. Все еще в раздумьях я начал говорить.

В пути мои погасли очи.

Давно иду, давно молчу.

Вот, на заре последней ночи

Я в дверь последнюю стучу.