На фронтах Второй мировой войны. Военные письма немецких солдат. 1939—1945

Фактически я здесь сколько угодно могу нести и тайную службу – то ли вербально, то ли безмолвно, то ли своими деяниями. Это продиктовано и серьезностью нашего положения, и любовью Христа, которая может проявиться лишь тогда, когда мы душой и телом безоговорочно принадлежим ему. С другой стороны, переполняет осознание того, что мы находимся в самой гуще библейских событий. Что здесь правит сам Господь! Что совершается Его праведная воля – даже если он внешне и позволяет лгать, обманывать и грешить. И наш пафос усиливается за счет послушания Его воле, а не благодаря оценке исторической ситуации.

Западный вал, 23 ноября 1939 года

Да, я рад и от всего сердца благодарен судьбе за все. И теперь уж не хочу быть другим. Десять дней мы провели под носом у врага на передовой, заняли просторную деревню, наполовину населенную этническими немцами, наполовину – французами. Теперь мы снова в тылу, по ту сторону Западного вала. Ночуем в бункере, а гостиной нам служит дощатый сарай. Иногда маршируем. Рубим лес.

Во Франции, 27 мая 1940 года

Продвигаемся незаметно, не встречая сопротивления противника, часто устаем. Я горжусь и рад в этом участвовать! Здесь, как и в Бельгии, война оставила страшные следы…

Во Франции, 30 мая 1940 года

Вчера прошли Сент-Квентин, сегодня – день отдыха. Сижу у органа в очень красивой церкви. У нас все в порядке. Ждем приказа о наступлении. Это мужское дело и дело для христиан (не христианская вещь!), потому что с божьей помощью здесь учатся тому, чему так никогда и не научились дома, каждый вечер ложимся и каждое утро встаем, как будто это последняя ночь, последний день… Больше того: мы сейчас как дети, которые стоят на пороге комнаты под Рождество, – неотвратимое, неминуемое ожидание вечности вызывает неимоверную радость.

Рудольф Магер, выпускник средней школы, Берлин

Родился 21 октября 1917 г.

Шартр, 23 ноября 1940 года

Ведь это Версаль! Поднимаю воротник и потираю руки, когда по пустой аллее проносится ледяной ветер. Сейчас будний день, и на улицах почти ни души. Твердым шагом направляюсь вниз по дороге, к воротам, где выставлены немецкие сторожевые посты, прохожу через двор, в котором стоит памятник Людовику XIV.