Тропинки к паучьим гнездам

Тело нейрохирурга еще не было найдено, хотя и велись очень интенсивные поиски. Вертолет разбился над каким-то ущельем. Причиной стал то ли сильный порыв ветра, снесший вертолет на скалы, то ли что-то иное. Но ужасный смысл произошедшего от этого измениться не мог. Вместо Вити на том брезенте должен был лежать я, если бы слепой случай за десять минут до фатального полета не предопределил мою судьбу. Из-за прихоти какого-то полуграмотного царька, которому вдруг взбрело пожаловаться на разболевшуюся голову, и из-за идиотизма командования, пожелавшего подольститься к правительству Анголы – иначе ничем не объяснить срочность вылета – у Вити осталась вдовой беременная жена и сиротой – сын.

Об остальных пассажирах вертолета я не говорю – их я знал только в лицо.

На следующий день в госпиталь приехала специальная поисковая группа из Союза, и каково было мое удивление, когда в руководителе группы я узнал Костю Лебедя. Костя возмужал, заматерел. В нем чувствовалась та особая спокойная уверенность, которая отличала опытных офицеров специальных войск от обычных армейских служак.

Подойдя ко мне, он, слегка улыбнувшись, подал мне руку, и мы поздоровались. Судя по всему, в отличие от меня Костя знал, кого он здесь встретит. Так что особых чувств на его лице я не прочел.

– Капитан Константин Лебедь, – полушутя представился он с особым ударением на слове «капитан».

Я решил поддержать предложенный тон разговора:

– Капитан Степан Карташов, – ответил я. – Пройдем внутрь, капитан, поговорим.

Я решил не менять тона разговора, хотя меня начала раздражать манера поведения Кости.

– Да брось дуться, Степа. – Костя хлопнул меня по плечу, как только мы вошли и закрыли дверь. Он словно понял, что со мной происходит. – При всех просто как-то неудобно было … Что ты нос повесил? Да и столько лет прошло…

– Тоже мне, актер Большого Театра. – добродушно пробурчал я. – Садись, придется сегодня организовать поисковую группу. Ты-то с какими указаниями здесь насчет поисков?

– Да, просто.

Поискать. Посмотреть… ну, найти кое-что, – как-то неопределенно ответил Костя.

– Ладно, – я достал фляжку. – Давай по пятьдесят на дорогу, за встречу. А там – вперед.

Залпом выпив водку, мы принялись к организации поисков.

Только на пятый день мы смогли обнаружить тело нейрохирурга. Его то ли выбросило взрывом из кабины вертолета, то ли он сам в последний момент успел выброситься. Труп невозможно было бы опознать, если бы не форма и документы.