Нападение из глубин. Серия книг X-COM

– Демон, так демон – мне нравиться, – согласился Серафим и заглянул в личное дело следующего бойца, которое открыл Анатолий. – Шурик? Это из «Кавказкой пленницы»?

– Из жизни, – бодро ответил Виктор и несмело добавил, ожидая приказа упасть и отжаться раз надцать, – сэр.

– Шура, пилите гири – они золотые, – тихо усмехнулся Ворс, но не стал заострять на этом внимания и открыл следующее личное дело. Единственная девушка как и предполагалось, оказалась псиоником. Наташа указала довольно странное для девушки прозвище – Энштейн, которое офицеры ошибочно приняли за желание уподобиться мужчинам, с целью влиться в их коллектив.

Раскрыв дело Алекса, Серафим не смог сдержать усмешки. Ворс поддержал коллегу и только Дана со своим буржуйским менталитетом и чувством юмора не мог понять, что такого смешного в прозвище, состоящем из инициалов имени и фамилии.

– АС? – сквозь смех спросил Серафим и посмотрел на Алекса. Не дождавшись ответной реплики, капитан закончил фразу, – пусть будет АС – зато коротко – короче некуда! Посмотрим, какой ты АС в деле.

Остальные пятеро новобранцев не имели прозвищ, поэтому пришлось их придумать. Серафиму стоило взглянуть на Жаквеста и Бальтазара, как тут же родились подходящие под внешность парней клички – Рысь и Череп. С Мироном так же не стали напрягаться и окрестили его Гномом, за маленький рост – всего сто шестьдесят сантиметров. Джона прозвали Джином, дав первое созвучное с именем прозвище. С последним пришлось повозиться дольше всех.

– Сокол, все! – с этими словами Андрей отдал Анатолию дело последнего новобранца. – Пора познакомиться с новым домом.

– Разрешите мне все показать? – с этими словами лейтенант подскочил к Серафиму и умоляюще уставился на товарища. Ему так хотелось побыть главным, покомандовать, промуштровать новичков – и все это читалось по глазам.

Несмотря на звонкое урчание в желудках, новобранцы повсюду следовали за бойким лейтенантом и знакомились с новым домом. До окончания войны никому не дано покинуть базу икскомовцев, разве что в случае очень серьезного ранения или в цинковом гробу.