Сезон охоты

С трудом сдерживая желание с голыми руками броситься в темноту коридора и бить, рвать, кусать, я внезапно увидел врага. Не глазами, а каким-то шестым чувством понял, где он стоит и ухмыляется, считая себя в безопасности.

Я выстрелил ему прямо между глаз. Нелепо взмахнув руками, вампир упал, остальные пораженно отступили, быстро перешептываясь между собой.

Сердце забилось быстрее. Мне стало жарко и не хватало воздуха. Я чувствовал врага и ничего не хотел так сильно, как броситься на него, рвать голыми руками, купаться в его крови, слышать хруст костей, видеть ужас в глазах…

От громкой пулеметной очереди на улице я вздрогнул и помотал головой, отгоняя наваждение.

Вампиры ушли. Они не приняли боя с подоспевшей наконец группой быстрого реагирования и исчезли в ночи…

– Игорь!

Я проснулся от толчка соседки по парте и поднял голову – учительница недовольно смотрела на меня. Я с большой неохотой встал.

– Игорь! Ты чем по ночам занимаешься! Экзамены на носу, а ты о чем думаешь? Ты учиться собираешься или нет?!

Я вздохнул и с самым виноватым видом опустил голову.

Учительнице быстро надоело меня отчитывать, и она, пригрозив вызвать родителей, продолжила урок.

– Игорь, а ты, в самом деле, чем по ночам занимаешься? – тихо спросила меня Лена.

– В комп рублюсь, – отмахнулся я.

– Смотри. На экзамене у меня списать не получится, – проворчала она.

Да дались мне эти экзамены! И без них как-нибудь проживу. Честно сказать, я бы уже давно бросил школу, но меня заставили доучиваться до конца.

И никто не спросил, а надо ли оно мне?

Учебу я не любил и практически по всем предметам отставал. От физкультуры у меня было освобождение. На английском языке я бегло разговаривал и свободно читал, так что на уроках мне было скучно. В химии меня интересовали только формулы ядовитых газов и взрывчатых веществ, но учительница не разделяла моего интереса.

По нашему с алгеброй обоюдному согласию мы друг друга не трогали – я её не мучил, она мне не давалась. Да и с другими предметами мне не везло.

В общем, я кое-как перебивался с двойки на тройку и думал только о том, чтобы от меня отстали с этой учебой. Исключением была только литература. Никакой необходимости изучать её не было, но она мне просто нравилась. Как и молодая учительница.

Убедившись, что на меня опять никто не смотрит, я сделал вид, что пишу в девственно-чистой тетради, и опять задремал.

– Игорь! Ну будь мужиком!

– Давай, – устало вздохнул я, беря сумку Лены.