Чистый дом

Но уже сильно стемнело, чтобы можно было хоть что-то различить на расстоянии и пятнадцати метров. И только Капитан собрался отдать приказ стрелять, как сама природа пришла ему на помощь – на горизонте снова засверкали молнии. При одной из вспышек Капитан увидел металлический блеск знакомого топора. Он, как маятник для потерявшегося в океане корабля, придал надежду, силы, веру, что еще не все потеряно. Топор друга Капитан узнал бы из миллиона. Фрэнк. – Не может быть. Чтоб зверь меня в бою… Быстро открыть дверь. Впустить их.

Капитан бросился вниз по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек. В мгновение ока он очутился на первом этаже около главного входа и принялся вместе с солдатами отодвигать мебель, которой совсем недавно они забаррикадировали вход.

– Чертовски рад тебя видеть, Фрэнк! – протянул руку Капитан вошедшему внутрь здоровяку. – Забаррикадируйте вход, – обратился он к одному из солдат, после чего продолжил: – Я рад тебя видеть больше, чем мать родную. Быстро вы вернулись. Значит, Макса встретили по дороге? Где войско расположилось? Вовремя вы подоспели, а то тут жарче, чем в аду.

– Капитан, тут такое дело. – Фрэнк посмотрел на своего начальника отстраненным взглядом, не зная, как донести до него тяжелые вести.

– Что случилось?.. – вдруг взгляд Капитана упал на Дмитрия. – А он что тут делает? Разве я не приказал тебе доставить его в город?! Какого черта ты притащил его обратно?! Тебе что было велено, Фрэнк? Возвращаться только после того, как ты его доставишь в город!

– Не дошли мы до города, – огрызнулся Фрэнк.

– Ну это понятно, что не дошли.

– Да и Максима с войском мы не встретили.

– То есть как? – Капитан начал чувствовать неладное.

– Не успели мы охотничью тропу преодолеть. Геты нас опередили…

– Где гражданские? – голос Капитана стал стальным.

– В общем, нет больше гражданских. Никого нет, Капитан. Всех перерезали. Девять человек – это все, кто уцелел.

– А почему ты живой, Фрэнк, когда все погибли? – Капитан набросился на здоровяка, схватив его за шиворот. Его глаза налились кровью, а голос задрожал от негодования. – Как ты посмел вернуться сюда живым, когда все, кого я вверил тебе, мертвы? Отвечай!

– Не смей обвинять меня в трусости, – Фрэнк оттолкнул от себя Капитана. – Если бы не ребенок, которого ты мне всучил, я бы и сам с гордостью лежал среди братьев. Только из-за этого сосунка я здесь, перед тобой.