Дело об убийстве без мотива

Сооруди что-нибудь… на свой вкус.

Пока Ненашев задумчиво перебирал бутылки, Бунгерт плеснул еще виски себе и Дикерсону.

– Не кажется ли тебе несправедливым, Фил, что Ли отдает явное предпочтение не старым друзьям, а этому юному выскочке?

При этом Рудольф дружески хлопнул Алекса по спине, словно предлагая не принимать его слова всерьез.

Дикерсон мелко захихикал:

– Что ты, Рудольф, даже Алекс слишком стар для нашей Лианы. Скажи-ка, Ли, сколько было твоему последнему мужу? Восемнадцать?

Лиана приняла из рук Ненашева стакан, благодарно кивнула и сделала глоток, выбросив заботливо вставленную трубочку на траву.

– Моему третьему мужу было двадцать два на момент свадьбы и двадцать пять, когда мы развелись. Чудесный возраст. Юноша уже обрел силу мужчины, но еще не пресытился ей. Жаль, что тебе это незнакомо, Дикерсон. Ты каким-то образом миновал этот период, превратившись из прыщавого подростка сразу в старого козла.

После этих слов Лиана повернулась к Филу спиной и встретилась взглядом с вернувшимся Тино. Тот одобрительно подмигнул, взял пустой стакан и вылил в него из бутылки остатки виски.

Дикерсон буквально скрипел зубами, скрючив пальцы так, словно собирался вцепиться Лиане в горло.

Тино покачал головой.

– Если ты сейчас скажешь то, что собираешься сказать, Фил, мне придется выбить тебе парочку зубов. А ведь ты пользуешься услугами дорогого дантиста, не так ли?

Голос Тино был вполне обычным, возможно, даже с не всегда свойственной ему теплотой.

– Спасибо, милый, – Лиана улыбнулась чуть неуверенно.

Потом заговорил Рудольф. Громче, чем следовало, и с явно наигранным энтузиазмом.

– Мясо! Почувствуйте, что за запах, вдохните его! – подавая всем пример, своим мощным носом он втянул в себя пару кубометров воздуха с этим самым запахом. – Мартин, черт побери! Снимай первую порцию! Меня не проведешь, я же вижу, что все уже готово.

Не посмев ослушаться, Мартин засуетился у жаровни. Рудольф взял на себя командование по части спиртного, одаривая всех, не забыв ни себя, ни коменданта, щедрыми порциями.

– Кстати, а где этот засранец Акман? – спросил Тино. – Я прошу прощения у дамы за использование слова «засранец», меня извиняет только то, что я произнес его в отношении засранца.