Когда ангелы слепы

Следующей перед судом предстала четырнадцатилетняя Катерина – младшая из трёх сестёр Лойе. Как и сестру, её спиной завели в зал и точно также поставили спиной к судьям. Также как и сестра, она была закована в кандалы и ведьмину сбрую.

Ожидая от Катерины тех же быстрых признаний, что и от Марты, Ганс Рихтер хотел побыстрее закончить сегодняшнее заседание трибунала, так как потом ему ещё предстояло работать в суде по гражданским делам.

Но дело приняло совершенно неожиданный поворот. На первые предварительные вопросы Катерина ответила вполне спокойно, однако дальнейшие её ответы пошли в совершенно ином ключе.

– Признаёте ли вы, Катерина Лойе, то, что являетесь ведьмой? – сухо спросил судья, ожидая от подсудимой положительного ответа.

– Нет! – резко во всеуслышание заявила та.

По залу прокатился ропот удивления. Решив, что ему изменил слух, судья повторил тот же вопрос, но получил на него тот же ответ.

– Почему вы отвергаете то, что являетесь ведьмой? – прочитал он следующий вопрос из вопросника, предусмотренный на случай отрицательного ответа на первый.

– Потому, что я никакая не ведьма, – также ясно и невозмутимо ответила Катерина.

Главный судья молчал, обдумывая, что делать дальше. В его личной судебной практике это было впервые, когда ведьма категорически отрицала свою вину.

Но тут ему на выручку пришёл более сведущий в таких делах отец Якоб. Вскочив со своего места, он буквально набросился на подсудимую.

– Признавайся! Признавайся, тебе говорят! А то хуже будет, – гаркнул священник.

– Мне не в чем признаваться. Я ничего не сделала, – стояла на своём Катерина.

– Не сделала?! Нам это лучше знать! А ну, читай «Отче наш»! Читай, тебе говорят! – грозно потребовал судья в рясе.

– Lies, lies, lies! – также грозно понеслось из толпы.

Не видя в этом ничего дурного, Катерина стала читать «Отче наш» по-немецки.

– На латыни! На латыни читай, как положено, – тут же перебил её доминиканец.

Катерина стала пытаться прочесть «Pater Noster» на латыни, но в самой середине запнулась.

– Вот, видишь, не можешь должным образом прочесть молитву, значит, ты ведьма! – пуще прежнего набросился на неё священник.

– Никакая я не ведьма. Просто я не понимаю латынь, – ответила она, будучи готовой расплакаться.