Когда ангелы слепы

И душа наша приближается к могиле и жизнь наша к смерти. Если есть у тебя ангел-наставник, один из тысячи, чтобы показать тебе прямой путь твой, – Бог умилосердится над тобой и скажет: Освобождаю тебя от могилы.»

И едва Елиуй перестал говорить, из бури обратился к Иову сам Господь и сказал: «Кто сей, омрачающий проведение словами без смысла? Опояшь чресла свои, как муж, и я буду спрашивать тебя, а ты отвечай мне.»

И ответил Иов Господу: «Вот, я ничтожен; что буду я отвечать тебе? Руку свою полагаю на уста свои.

И возвратил Господь потери Иова, и дал Господь Иову вдвое больше того, что он имел прежде. И жил он после того сто сорок лет, и видел сыновей своих и сыновей сынов своих до четвёртого колена; и умер Иов в старости, пресыщенный днями.

Вот таким и будет моё вам сегодняшнее наставление. Особенно тем, кого ещё поразит оспа проклятая. Вспоминайте мучения Иова Многострадального и знайте: не посылает нам Господь испытаний, которые мы не в силах были бы вынести.

А если скажете, что не знает монах Якоб о чём говорит, то взгляните на щёки мои, что в дырках как сыр, и на руки, будто пламенем обожжённые.

На этом и позволю себе закончить. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.»

Закончив свой монолог, отец Якоб продолжил служить мессу.

Как и всегда прежде, Ларс до глубины души остался впечатлен проповедью отца Якоба, запомнив в ней почти каждое слово. Но, сидя тогда на церковной скамье, он и подумать не мог, что проповедь эта была обращена в том числе и к нему.

Уже через два дня, вернувшись домой вечером после занятий в художественной мастерской, Ларс пожаловался матери на озноб и сильную температуру. Зная, что точно также может проявиться и обычная простуда, она напоила его горячим и велела ложиться в постель. Но ближе к полуночи Ларс почувствовал себя хуже. К ознобу и температуре добавились сильные боли в суставах и пояснице, а затем ещё сильная головная боль, с головокружением и чувством сильной жажды. Наутро началась ужасная, почти беспрерывная, рвота.

Напуганная и встревоженная, фрау Гретта немедленно послала за знакомым лекарем, к которому они обращались всей семьёй. Когда доктор Каспар входил в комнату Ларса, он уже представлял себе, с чем именно столкнётся. Причём оправдались самые худшие из его ожиданий. Едва взглянув на больного, он тут же велел немедленно везти его в оспенный лазарет, в котором практиковал. Услышав его слова, фрау Гретта залилась слезами.