Сирийский марафон. Часть 3. Под белым солнцем пустыни

– Капитан, за мной, – майор, подхватив РПГ, побежал перебежками к блокпосту. Автомашины прикрывали, словно щит. Проскочив полыхающий тягач, Александр остановился рядом с гражданским грузовиком-фургоном. В кабине никого не было. До ближайшего джихад-мобиля оставалось чуть больше двухсот метров. Майор в три приема подготовил гранатомет к стрельбе. Рядом, с другой стороны фургона, готовил свой РПГ Носорог.

– Пах, фиу, – от блокпоста помчалась, оставляя слабый след, граната. Кайда, скосив глаза, увидел, открыто стоящего с пустым тубусом гранатомета, морского пехотинца.

Джихад-мобиль, уклоняясь, пошел на крутой вираж и повернулся боком. Поздно, кумулятивный снаряд, ударив по водительской двери, прожог броневой лист. Взрыв, и в воздухе фейерверк огненных брызг, кусков железа и пузырь пламени.

– Готов, сука! – радостно заорал Носорог,

– ай, молодца, морячок!

– Тачанка! Ложись, капитан! – гаркнул Кайда и присел за капот грузовичка.

Свинцовые шмели рыли асфальт, крошили стекла автомобилей, рвали железо кабин, плющились о броню.

– Один махновец есть. Отстрелялся, козлище, – в наушнике раздался голос Ляха.

– С почином, лейтенант. Работаем! – майор посмотрел в сторону блокпоста. Гранатометчика на позиции не было.

– Успел? – пронеслось в голове.

– Здесь «Головной». У нас «трехсотый». Прикройте! – в эфире загремел голос старшего конвоя.

– Здесь «Попутчик». Всем, кто слышит! Отгоните тачанки.

– капитан, стреляем одновременно. Бьешь по бензобаку, я по водиле. Готов? На счет «три» начинаем. «Раз, два, три»!

Кайда, вынырнув из-за капота, встал на одно колено. Смертник мчал, словно спорткар на финишной прямой, к блокпосту. Майор поймал силуэт машины в прицел, взял упреждение.

– Пах, фиу, – снаряд помчался к цели. Откинув тубус, Александр упал за дорожный бордюр.

– Фиу, – над головой пролетела граната Носорога.

– Не подведи, дружок, – успел прошептать Кайда, наблюдая короткий полет двух снарядов.

Два взрыва слились, подняв высокий столб огня, кусков металла и песка.

– Командир, тачанки уходят! – возник голос Шопена в наушнике. Кайда поднял голову на бордюром. Два пикапа, выписывая зигзаги, рвались к спасительным холмам. В пустых кузовах, флюгером, мотало пулеметы, а из-под колес вытягивалась бежевая лента пыли.

– А, ведь, уйдут, твари.