Мигрант в столице

В-третьих, также на кассе наблюдал курьезную картину, когда в первый раз столкнулся со странным на взгляд воспитанного восточного человека поведением, которое через много лет войдет в анекдоты под названием «халява, сэр». Какой-то солидного вида мужик, воспользовавшись условиями самообслуживания, налил себе непонятного аромата и буроватого цвета напиток. Затем, даже не оглядываясь на очередь за спиной, отхлебнул чуть ли не половину, при этом порядочно обжигая себе губы. Потом опять поставил стакан под краник, задумался и не закрыл его вовремя – и стакан был заполнен по самый обрез, и порядочная лужица растеклась на поверхности стола.

А когда на кассе работавшая там тетушка посетовала: «что ж вы так перелили? Это же не вода, надо по норме брать», тот эдак нахально отставил стакан, тем движением выплеснув часть содержимого чуть ли не ей на передник, и предложил вылить обратно в бойлер. А как бы она это сделала, даже если бы возникло таковое желание – ведь тот громадный в рост человека бойлер был закрыт герметично?

Поэтому тот мужик, пройдя в зал и стоя за высоким столиком, продолжал смаковать свое питье, иногда морщась при надкусывании сосиски пострадавшими губами.

Ну и чтобы закончить на юморной нотке: по привычке разузнавать невиданное-неслыханное, спросил у отца «что за напиток, может, тоже возьмем?». Он ответил: «тебе не понравится, это кофе с молоком».

Вполне возможно, возникшее тогда в детском мозгу впечатление о недостойном поведении взрослого человека перешло как устойчивое предубеждение и на сам напиток, поэтому с тех пор пью кофе или какао с молоком или сливками лишь при крайней необходимости, только если нет иной альтернативы.

В ходе своего продолжающегося квеста «Москва отцовская» наведался к метро Сокол с теплящейся в глубине души тщетной надежде отыскать ту самую «Сосисочную». Не-е, не нашел, там теперь расположились несколько вездесущих бургерных и «Шаурма».

И даже самого района не узнал. Я ведь помню, что сорок лет назад непосредственно за станцией метро было довольно-таки обширное открытое пространство. А теперь там плотная застройка многоэтажных домов, среди которых и ветер не может пробиться…

«Догонялки» у Большого

В ходе той упомянутой выше прогулки по Москве, когда отец согласился взять с нами и сына квартирной хозяйки, произошла еще одна знаковая история.