Великий князь Андрей Боголюбский

Когда рушилось старое единство русских земель, он заложил основу для будущего их единения.

Но не там, где месту уже явно «бысть пусту», а там, где концентрировались пробуждающиеся силы нового государства – во Владимиро-Суздальской земле.

Князь Андрей Юрьевич Боголюбский сделал многое для реального подъема Северо-Восточной Руси, для ее превращения в самое могущественное из удельных княжеств. Для того чтобы отсюда, после монгольского погрома, стало возрождаться новое, еще более могущественное русское государство.

И при всем этом про его жизнь мы знаем очень немногое. Как отметил создатель самой, пожалуй, скрупулезной биографии князя, современный российский историк А. Карпов: «В сущности, мы знаем о князе ничтожно мало».

Впрочем, «мало» не значит «совсем ничего». Из летописных сказаний и со страниц поздних житий перед нами все же встает образ одного из самых замечательных и могущественных князей удельного периода в истории Руси.

Это образ человека, который и своей жизнью, и своей мученической кончиной, и посмертными чудесами, без сомнения, заслужил канонизации и почитания в качестве святого.

В источниках князь Андрей Юрьевич Боголюбский предстает фигурой воистину шекспировского масштаба.

И по объему сделанного, и по глубокой противоречивости образа.

В нем сочеталось как бы несколько человек, по-разному проявлявших себя в разных обстоятельствах.

Почтительный сын и бесстрашный кавалерист-рубака – в юности.

Рачительный хозяин и мастер политических интриг – в зрелости.

До старости он, увы, не дожил…

Князь Андрей одновременно мог быть воплощением настоящего христианина, готового общаться с прокаженными и одаривать нищих. И в то же самое время планировать коалиционную войну против Киева или Новгорода, понимая, что ее будут сопровождать «эксцессы» вроде разорения монастырей или уничтожения целых сел.

Но при этом в его политике не было расчетливого цинизма, как, например, у Людовика XI.

Великий князь Владимир Всеволодович. Портрет из царского титулярника. 1672 г.

Андрей Юрьевич Боголюбский делал то, что искренне считал полезным для Руси.

Другое дело, что для него истинная Русь, его Русь схлопнулась до размеров Владимиро-Суздальского княжества.