Говорит Гитлер. Зверь из бездны

Во вражеской стране у нас повсюду есть друзья, которые помогут нам; мы знаем, как их приобрести. Смятение, внутренняя борьба, нерешительность, панический страх – вот наше оружие. Вы же знаете историю революций, – обратился Гитлер ко мне. – Всегда одно и то же: господствующие классы капитулируют. Почему? Потому что они впадают в пораженчество; у них больше нет воли. Революционное учение – вот секрет новой стратегии. Я учился у большевиков. Я не боюсь говорить об этом. Люди в большинстве своем всегда учатся у собственных врагов.

Мы слушали его, и никто не знал, насколько близко мы все находились к осуществлению этих идей. Я думал об эксперименте с большевистскими вождями, который затеяло Верховное главнокомандование Германии в мировую войну. То, что тогда казалось импровизацией, призванной сделать врага небоеспособным с помощью революции внутри страны, теперь было систематизировано, сформулировано в виде общего правила.

Антисемитизм наиболее извращенно выразился в еженедельной газете «Штюрмер», издававшейся Юлиусом Штрайхером, гауляйтером Франконии. Травля евреев, проводившаяся национал-социалистическим «Боевым листком», часто сопровождалась порнографическим подтекстом, как, например, в печально известных «Историях о ритуальных убийствах». Печатались с продолжением и выходили отдельным изданием «Протоколы сионских мудрецов», содержанием которых был вымышленный еврейский план завоевания мирового господства – то, что «Протоколы» были явной фальшивкой, не мешало их распространению в органах антисемитской прессы.

Юлиус Штрейхер (1885–1946) – гауляйтер Франконии, главный редактор антисемитской и антикоммунистической газеты «Штурмовик» (нем. Der St?rmer – Дер Штюрмер), идеолог расизма. Казнён по приговору Нюрнбергского трибунала за антисемитскую пропаганду и призывы к геноциду.

«Я никогда не начну войны, не зная наверняка, что деморализованный противник сразу рухнет от одного гигантского удара. – В глазах Гитлера блеснула непреклонность, он начал кричать. – Если враг внутренне деморализован, если он стоит на пороге революции, если ему угрожают народные волнения – тогда время пришло. Один-единственный удар уничтожит его.