Колхозное строительство 3

– Яков Аронович, а как вы сами оцениваете свой сценарий по второй части «Кавказской пленницы»? Лучше первого? Хуже? – Штелле внимательно, в упор, смотрел на Костюковского.

Маленький, с острым носом, и совсем не еврейской внешности. Пётр его помнил. Смотрел как-то его интервью по телевизору, на каком-то диссидентском канале, «Дожде», наверное. А может в те времена все каналы были диссидентские? Ругал, сидя в дешёвеньком кресле, великий сценарист маршала Жукова, по прозвищу «Мясник», ругал Сталина, резал правду матку о Зое Космодемьянской.

Ни какая она не Зоя, а Таня, просто лень было Железному Шурику – Шелепину разбираться с настоящей фамилией девушки. Понравилась боевая женщина, когда привезли на опознание в деревню несколько предполагаемых матерей. А что Зоя и Таня – это разные имена «пофиг». Может, это псевдоним такой дивчина выбрала. Ну, да ладно, отвлёкся. Аронович, как-то застенчиво улыбнулся.

– Себя не похвалишь, как оплёванный ходишь, – никто не засмеялся, только скривился, изображая улыбку Вицин.

– Знаете, я двумя руками за это продолжение. И выделю даже человека вам в помощники с бумагой, как у Д’Артаньяна, чтоб необходимые двери ногой распахивал. Только и вы не подведите. Если возможно, хотел бы ознакомиться со сценарием. Да, и ещё чуть помочь хочу. Я тут пока ехал в машине на встречу с вами анекдоты про тюрьму и заключённых вспоминал. Сейчас расскажу, может, вставите куда в сценарии, – Пётр заметил, как поскучнело лицо Ароновича, – В соавторы не набиваюсь, просто хочу, чтобы фильм был не хуже, чем первый.

Слушайте.

Сосед по камере спрашивает товарища, который выходит на свободу:

– У тебя есть планы на будущее?

– Конечно! У меня есть планы двух банков и одного ювелирного магазина.

Не пошёл. Улыбнулись, конечно, только Никулин хрипло кашлянул. Ничего. Попробуем ещё.

В тюремной камере один уголовник рассказывает другому:

– Эх, до чего же мы с женой приятно проводили время на берегу моря! Бегали, плескались, закапывали друг друга в мягкий беленький песочек… Пожалуй, когда выйду на свободу, съезжу на то место и откопаю её.

Ну, вот другое дело. Даже и сам сценарист засмеялся.

Отсидел мужик десять лет в тюряге и устроился таксистом. Садятся как-то к нему бывшие друганы, узнали его и спрашивают:

– А что ж ты, Вован, шоферюгой заделался? Давай снова к нам. Есть тут одна делюга на примете.

– Не-е, братаны. Вы прикиньте: еду я с ветерком, насвистываю.