Рейх. Воспоминания о немецком плене (1942–1945)

Сегодня я спросил Фрица:

– Вы не боитесь инженера? Ведь он может сообщить гештаповцам о наших беседах с вами.

– Это исключено. Инженер знает меня давно, ему известно, что я коммунист. Но Вальтер Кишлер хороший человек, и я нисколько не опасаюсь его.

– Почему?

– Он не способен продать или предать.

– Вы уверены?

– Абсолютно.

– Но какие у вас основания?

– Видите ли, инженер – католик, глубоко и искренне верующий человек.

– Инквизиторы и иезуиты тоже были католиками…

– Это верно, но наш инженер – католик совсем иного рода.

Он католик-гуманист. Ему чужда расовая идеология, ибо он признаёт равенство всех людей и всех наций. А самое главное: инженер считает предательство подлостью высшей марки.

– У вас, Фриц, довольно шаткое основание. С моей точки зрения, католицизм не может служить гарантией от предательства.

– И все-таки я говорю правду. Вы сами когда-нибудь убедитесь в этом. Мой совет вам: бойтесь не инженера, а его тезку магацинера[434 - Зав. складом.] Вальтера. Это законченный иезуит и фашист.

Лицо у Вальтера приветливое и доброжелательное, а душа у него змеиная. Доверьтесь ему хоть на миг, и он предаст вас без зазрения совести.

Просматривал последний номер «Deutsche Allgemeine Zeitung». Особенное внимание привлекла статья-рецензия, в которой подробно рассматривается и обсуждается книга некоего ведущего чиновника из Министерства по делам восточных провинций. Рецензируемый труд называется: «Об организации восточного пространства». В пределы «Восточного пространства» (Ostraum) гитлеровцы включают Белоруссию, Украину и другие оккупированные Германией области Советского Союза.

Рецензент любовно цитирует ряд мест из книги, насыщенной расистской теорией. Вот одна из цитат (привожу ее дословно): «Восток – огромное пространство без народа. Он только тогда станет производительной частью Райша, когда будет населен немецкими крестьянами».

Прочел и перевел этот отрывок товарищам. Комментарии оказались излишними. Поняли даже украинцы, которые напитаны гетьвидмосковизмом.

Соловья-разбойника за саботаж отправили в гештапо. Он симулировал слепоту. Его дважды водили к глазнику. Самурай все время следил за ним и потом сказал шефу:

– В цехе натыкается на станки и верстаки, а когда ведут по улице, он за 50 метров видит цигареттенштиммель[435 - Окурок, бычок.].

Вахман Ганс вдруг стал добряком и благодетелем.

– О, арме лёйте![436 - О, бедные люди!] – шепчет он, сокрушенно качая головой.