Эпоха Дьявола

А схватка, если она будет, будет скоротечной и продлится мгновенья, выжидать и ловить момент пока откроются, не выйдет.

Громилы остановились, нависнув над обитателями блатного угла и зеки съёжились, буквально вжавшись в скамейки.

Один из громил внимательно ощупал всех сидящих взглядом, и хриплым голосом произнёс:

– Извольский. Игрок. Кто?

Цыпа указал на меня. И чугунные бошки монстров, синхронно развернулись в мою сторону. Безжалостные взгляды из-под тяжело нависающих массивных надбровных дуг, скрестились на моей скромной персоне.

Глава 7. Дезинфекция

Александр Извольский. Игрок

Терять мне уже было нечего. Покорно сидеть и ждать, пока меня начнут убивать, я не собирался. Поэтому поднялся со шконки и занял позицию в центре прохода. Братья были слишком массивными и подходить могли только по одному, что давало мне хоть какие-то преимущества. Если, конечно, можно рассчитывать на преимущества в противостоянии с бульдозером или асфальтовым катком.

– Не меня ли ищете? – поинтересовался я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Ожившие каменные истуканы молча смотрели на меня, и вдруг один из них улыбнулся. Зрелище, надо сказать, было устрашающим. Как будто каменную глыбу лица, внезапно расколола трещина рта.

– Да не напрягайтесь Вы так, Александр Игоревич. Свои. От Китайца, – тоже улыбнувшись, произнёс второй громила.

Сука! Чуть не обоссался от страха. Разве можно так пугать людей.

– Идите к нам Александр Игоревич, сейчас наведём тут порядок, – произнёс один из братьев. И когда я подошёл, поинтересовался: – Как Вы тут?

– Нормально, – коротко, сообщил я.

Один из братьев перевёл взгляд на блатных, сидевших за столом напротив смотрящего, и приказал:

– Ну-ка, сдристнули отсюда, освободили места!

Тех, как ветром сдуло.

– Присаживайтесь, Александр Игоревич, – предложил Рамиль.

– Да без вопросов. Присаживайтесь, – подобострастно подтвердил тот.

– Только чай давай, а не чифирь. Не хватало ещё сердце гробить, – проворчал второй из братьев.

И мы втроём уселись за стол напротив смотрящего, а его пристяжь стала шустро раскладывать на столе продукты и заваривать чай.

Ночевал я уже в блатном углу.