Начни действовать. Часть 1

Если я хочу помочь своей стране, должен немедленно приступить к обдуманным действиям, которые смягчат, для страны и для народа, прохождение сквозь суровые 30-ие годы и помочь подготовиться, к боле серьезной и кровавой проблеме – мировой войне. Цена вопроса от 30 до 35 миллионов жизни моих соотечественников, за период с 1930-ого по 1945 годы. Я мечтал служить благому делу, вот и выпал шанс доказать себе, что я готов к испытаниям и способен не только размышлять, но и действовать – пора действовать. Для начала, нужно выяснить, в чем теле мое сознание.

В медицинской карте, которую оставил врач на тумбочке, Александр прочитал свои новые данные – Гринев Александр Владимирович 1913 года рождения.

– Как ты сыночек? – Задала вопрос, вошедшая в палату, женщина в белом халате.

Александр посмотрел на нее и ощутил тепло, которое исходило, от женщины средних лет, небольшого роста, с круглым лицом и с удивительно добрым взглядом больших карих глаз.

– Пока не знаю

– Я санитарка, звать можешь меня тетей Машей.

– Тетя Маша, а где тут уборная?

– Ты лежи я сейчас уточку принесу.

– Спасибо не надо, просто помогите дойти до туалета.

– Ты не стесняйся.

– Все тело онемело, нужно размяться.

– Хорошо, давай помогу. – С помощью санитарки они двинулись в сторону двери.

– Тетя Маша, а меня никто не навещал?

– Приходил пару раз парень из вашего детского дома, Сережей зовут. Он и рассказал, как ты простудился, после выпускного вечера и плавания с друзьями в Москве реке.

После туалета, Александр Владимирович лежал и обдумывал собранную информацию.

– Мое сознание в теле семнадцатилетнего сироты, который недавно окончил школу. Слишком все удачно складывается. Совпадение имени и отчества; возможность, не обращая на себя особого внимания адаптироваться, ведь после окончания школы, выпускники покидают стены детского дома. В новом окружении я буду играть ту роль, которую сам выберу, а пока буду молчать и притворяться выздоравливающим, как в больнице, так и в детском доме, пока не покину его стены.

Предварительные условия не плохие, но они помогут только на начальном этапе адаптации. Все равно, я буду резко выделяться, не только потому, что я из другого времени и с другим менталитетом, но по причине слишком активной деятельности. Времени на раскачку мало, маховик репрессии уже начал свое движение, а голод 1932—1933 годов близок. Я должен выбрать ту роль, которая поможет мне быстро продвигаться вперед.