Яд для императора

– Чего тебе? – надменно произнес статский советник.

– Так что, изволите видеть, тут ваша супруга вам изволила послание передать, – зачастил портье. – И на словах велела сказать, что вы теперь тута не проживаете. Поскольку она квартиру сняла. Тут, в записке, все сказано.

И он с поклоном передал Углову листок бумаги. Развернув его, майор прочитал следующее:

«Дорогой супруг! Рада сообщить, что квартиру я сняла. Ту самую, что мы наметили, на Литейном, в доме купца Воскобойникова.

При последних словах Углов хмыкнул, сунул записку в карман и направился обратно, к выходу.

К счастью, «ванька» ему попался толковый: нужный дом ему был, оказывается, известен, так что доехали быстро. Входная дверь оказалась не заперта. Перешагнув порог, Углов оказался в довольно тесной прихожей, которую тускло освещал висевший на стене подсвечник с тремя свечами. Сбоку, на стене, торчали оленьи рога, а в глубине угадывалась лестница на второй этаж.

Не успел он оглядеться, как в стене открылась дверца, и оттуда выскочил бойкий малый в мышиного цвета ливрее.

– Здравствуйте, барин! – приветствовал он статского советника. – Шинельку позвольте принять? Супруга ваша вас уже дожидаются, с помощником. Велели передать, как придете, чтобы проводить вас прямиком в столовую. Или в нужник поперву желаете?

– А ты кто такой? – подозрительно спросил Углов.

– Так что я лакей ваш, Спиридоном зовут, – представился малый. – Спиридон Тихонов мое прозвание. Супруга ваша, Катерина Дмитриевна, меня наняла.

– Вот как! – произнес майор, не зная, что еще сказать в таком случае. – А что это у вас темно как? Не разглядишь ничего!

– Разве темно, барин? – удивился лакей. – Вона, три свечки горят. В других домах, попроще, и двумя обходятся.

– Ладно, Спиридон, показывай этот… нужник, – согласился статский советник.

Поднявшись, после необходимых процедур, на второй этаж, Углов прошел анфиладу небольших комнат, освещенных так же слабо, как и прихожая. Впрочем, в одной статский советник разглядел раскрытый рояль с нотами на пюпитре.

После темных комнат столовая показалась ему прямо-таки залитой светом: здесь по стенам горели сразу три подсвечника, да на столе еще имелся канделябр с шестью свечами.