Камо грядеши

 – Кто когда-нибудь расспрашивал христианина? Кто ознакомился с их учением? Когда я три года тому назад ехал из Неаполя в Рим (о, зачем я там не остался!), ко мне присоединился один человек, именем Главк, о котором говорили, что он христианин, и, несмотря на то, я убедился, что он был человек хороший и добродетельный.

– Уж не от этого ли добродетельного человека ты узнал, что значит рыба?

– Увы, господин! На дороге в одной гостинице кто-то пырнул почтенного старца ножом, а его жену и ребенка захватили торговцы невольниками, я же, защищая их, потерял вот эти два пальца.

Но у христиан, как говорят, нет недостатка в чудесах, и я надеюсь, что пальцы у меня отрастут.

– Как так? Разве ты сделался христианином?

– Со вчерашнего дня, господин, со вчерашнего дня: эта рыба сделала меня христианином. Смотри, какая, однако, в ней сила! Чрез несколько дней я буду самым ревностным из ревностных, чтобы они допустили меня до всех своих тайн, а когда меня допустят до всех тайн, я узнаю, где скрывается девица.

Тогда, быть может, мое христианство лучше заплатит мне, чем моя философия. Я дал обет Меркурию, что если он поможет мне найти девицу, то я принесу ему в жертву двух телок одного возраста и одинакового роста, которым велю вызолотить рога.

– Значит, твое христианство со вчерашнего дня и твоя старая философия позволяют тебе верить в Меркурия?

– Я всегда верю в то, во что мне следует верить, – это есть моя философия, которая должна прийтись по вкусу в особенности Меркурию. К несчастью, вы, достойные господа, хорошо знаете, какой это подозрительный бог.

Он не верит даже обетам беспорочных философов и, быть может, хотел бы сначала получить телок, а это потребует огромных затрат: не каждый может быть Сенекой, и мне бы с этим не справиться, разве вот благородный Виниций пожелает в счет обещанной суммы… сколько-нибудь…

– Ни обола, Хилон! – отрезал Петроний. – Ни обола! Щедрость Виниция превзойдет твои надежды, но только тогда, когда Лигия будет найдена, то есть когда укажешь нам ты ее убежище; Меркурий должен поверить тебе в долг две телки, хотя меня не удивляет, что он делает это неохотно, – в этом я вижу его ум.

– Выслушайте меня, достойные господа. Сделанное мною открытие – великое открытие, потому что хотя я до сих пор не нашел девицы, но зато отыскал дорогу, на которой следует ее искать. Вы разослали вольноотпущенников и рабов по всему городу и по провинциям, а дал ли вам указание хоть один из них? Нет! Я один дал. Я скажу вам больше.