Круги на воде

– Здрась…те, – неуверенно ответил Марат, оглядываясь по сторонам в поисках привычных уже курильщика и старухи, но их не было, – простите, а вы… кто? И что здесь…

– Вот, значит, как ты к нам попадаешь! – весело перебило его неземное существо, – Просто через дверь!

Она засмеялась, и Марату показалось, что в воздухе зазвенели десятки серебристых колокольчиков.

– Через дверь, конечно, – растерянно подтвердил Марат, – а как вы здесь оказались?

– Понимаю, в это сложно поверить, но и я тем же путем!

– Ничего не понимаю, – Марат пытался взять себя в руки, что было затруднительно, – но откуда у вас ключи?! Я только неделю назад поменял замок!

– Правда?! Вот совпадение! Дедушка тоже поменял его пару дней назад! Ладно, с замком еще разберемся, а пока, может, объяснишь, кто ты и почему приходишь? – улыбка не сползала с ее губ, но вопрос был серьезный.

– Я… Марат…, – помедлив, он добавил, – …Борисович. Вообще-то живу я здесь.

– Красивое имя! А где, в нашем доме?

– Вообще-то в этой квартире.

Не так давно, правда, но у меня есть бумаги, – Марат подошел к стоящему под зеркалом комоду, вынул пачку бумаг, заготовленных, как бы ни безумно это ни звучало, на случай появления привидений, заявивших о правах на его квартиру.

Он подошел к девушке, только сейчас ощутив запах грозы и незнакомых духов.

– Хм… а где бабка и этот… в пижаме?

– Кто?! – Небесное создание с зелеными глазами еле сдерживала смех, глядя на растерянного Марата.

– Ну, старуха в черном и мужик с папиросой.

Раньше только они… появлялись, – помолчав, Марат задал мучивший его вопрос, – еще собака была, лохматая такая.

– Это Рекс, его папа с Севера привез. Самоедская собака.

– Самоедская, – повторил Марат, – а вы точно не привидение?

Звонко рассмеявшись, девушка протянула Марату руку, которую тот с осторожностью пожал, ощущая, какая она мягкая и теплая. Словно прочитав его мысли, девушка ответила:

– Теплый!

Отпустив руку Марата, она толкнула дверь в ближайшую комнату.

– Я же говорила, никакое это не привидение! Их просто не бывает! Мам, пап, выходите! Он живой! Туговато мыслит, конечно, но точно живой! Ау, народ, вы где?!

Изумленно уставившись на выходящий из комнаты табор в лице уже знакомых мужика с папиросой, старухи, мужчины, женщины и мальчика лет десяти, державшего на поводке лохматого пса, Марат на мгновение потерял дар речи. Он переводил взгляд с одного на другого, не понимая, что с ними не так.