История Франции. Франция сквозь века

Ежели суждено вам умереть в бою, станете вы святыми мучениками, и примет вас в раю Господь наш.

Французы спешились, и архиепископ их благословил. И строго наказал им отважно и неустанно биться с язычниками.

Едва успел он договорить, как обе армии ринулись в атаку.

– Вспомним боевой клич Карла, – обратился Оливье к воинам, и все тут же вскричали:

– Монжуа!

Язычники скакали галопом, оскорбляя французов.

– Эй, трусы, где же тот, кто должен был вас защищать, а вместо этого бросил? Ничто не спасет вас, сколько ни зовите вашего Карла.

Французы это услыхали, и их ярость удвоилась. Изо всех сил они обрушились на презренных язычников. Оливье ринулся в гущу сражения, копье его сломалось, и он обломком прикончил мавра Фальзарона; древко разлетелось у него в руках. Роланд прокричал ему:

– Что это с вами? Вы жердью собрались сражаться? Разве ваш славный меч, ваш Альтеклер не в ножнах, что на боку у вас?

Оливье ответил:

– Мне некогда доставать его. Слишком многих нужно сразить.

И все же Оливье достал свой добрый меч, как и просил его Роланд, и первым же ударом отрубил голову язычнику Жюстену де Валь-Ферре, он рассек надвое не только его туловище вместе с коваными доспехами, но и великолепное седло, украшенное золотом, и хребет коня, а Роланд сказал:

– Вы мне как брат: вот за такие-то удары и любит нас император.

Все французы отозвались боевым кличем:

– Монжуа!

Тем временем битва кипела все яростнее: сарацины падали сотнями и тысячами, но и французы теряли своих лучших воинов; им уж не суждено было вернуться ни к отцам, ни к близким, ни к Карлу Великому, который ждал их у горного перевала.

Во Франции поднялась буря: хлынул дождь и посыпался град, загрохотал гром, засверкали молнии, и земля содрогнулась от Сен-Мишель-ан-Периля до Санса, от Безансона до Виссана. Всех объял ужас, и многие говорили: «Настал Судный день». Они не знали, что это по Роланду скорбь и плач.

А жестокая битва все продолжалась; французов оставалось не более шестидесяти; и за свои жизни они заставят врага дорого заплатить!

Отважный Роланд сказал Оливье:

– Вот теперь настало время трубить в Олифан.

Карл услышит, объезжая ряды своего войска, и повернет назад, я в этом уверен.

– Ах! – воскликнул Оливье, – когда я вас просил, вы меня не послушались; вы и сейчас этого не сделали бы, если бы такой совет дал вам я. Если вы протрубите в рог, это уже ничего не изменит, видите, у вас уже обе руки в крови.