Пропавших без вести – не награждать!

С уходом скандалиста очередь пошла быстрее. Но, когда до заветного стола Лоскутову оставалось сделать пару шагов, в склад ворвался комендантский патруль.

– Кто начальник склада? – грозно спросил лейтенант, начальник патруля.

– В очередь встань! – велел хамоватый складчик, в суете не рассмотревший красных повязок на рукавах.

– Ты сейчас у меня сам в очередь встанешь! – начальник патруля вплотную подошел к складчику. – Документы!

Перепуганный сержант дрожащими руками достал книжку красноармейца.

– Где ваше личное оружие, сержант Мовсисян?

Складчик привычным жестом хлопнул по кобуре и побелел. Утрата оружия в военное время – расстрельная статья.

В поисках пистолета начальник склада открыл выдвижной ящик стола, увидел там нечто, поразился до глубины души и замер, как парализованный.

– А ну, в сторону! – приказал лейтенант. – Что ты здесь прячешь?

В столе оказалась целехонькая немецкая листовка-пропуск.

– К фашистам намылился, гад? Ждешь не дождешься, когда твои хозяева в город войдут?

– Да я… – залепетал складчик.

Но офицер жестко оборвал его:

– Молчать! Солдаты, арестовать изменника Родины и доставить в комендатуру!

– Товарищ лейтенант! – запротестовали конвойные. – На кой черт с этим холуем фашистским через весь город таскаться? Начнут немцы обстрел, он же сбежать сможет! Давайте его за сарай отведем, да там и порешаем.

– И то верно! – согласился старший патруля.

Лишившись начальника, личный состав гарнизонного склада категорически отказался работать. Мол, начнем без нового начальника выдавать продукты – сами под статью угодим. Все, шабаш, ребята, склад закрыт!

Очередь разошлась. Лоскутов остался. Он не привык бросать начатое на полдороге.

Не обращая внимания на протесты солдат-кладовщиков, Николай Егорович велел своим бойцам вскрыть ближайший мешок с сахаром, насыпать полные сидора и возвращаться в часть.

Проводив сослуживцев до ближайшей развилки, Лоскутов отправился по адресам. Везде его ждал практически одинаковый прием: вначале испуг, настороженность в глазах, потом слезы.

– Господи, как вы там? Прости, Коля, что вначале не разобрала, зачем ты пришел. Думала, все, похоронку принес! Коля, подождешь немного? Дай я ответ напишу. Возьми гостинец. Папиросы передай.