Сказания новой Руси. Рассказы, сказки, памфлеты, эссе

Оттого, пожалуй, и доживает свой век в одиночестве. Тяжело таким в личной жизни. Редко, когда встречают умную бабу, которая бы понимала и относилась снисходительно даже к чудачествам.

– Да… уж, – произносит свое любимое словосочетание, ставшее таковым после первого же просмотра фильма «Двенадцать стульев». – Была Лёлька умницей и не стало. Вернулась туда, откуда, – он еще раз повторил, – я ее вытащил за шкирку. Дура дурой теперь… Не может умная баба прятать свою внешность за изображением полувековой давности… Не может!.

Я обнимаю дядюшку и целую в гладко выбритую и надушенную запахами Франции щечку. Мы расстаемся. Через недельку, а то и раньше, вновь забегу на минутку.

Признаюсь: обожаю дядюшку. Сильнее, простите меня, отца родного.

3. Ему респект и уважуха

Поручив Серёженьке, мужу своему, совершить вечерний моцион с Настюхой, пятилетней нашей озорницей-дочуркой, решила сбегать к дядюшке, попроведать. С неделю, наверное, не была. Звонила, однако… Дядюшка не из болтунов и обычно отделывается короткими шуточками.

У дверей трижды нажала кнопку звонка. Открыл тотчас же, будто ждал: то ли увидел меня через кухонное окно, выходящее во двор, то ли интуиция указала на факт моего приближения.

Обняв и чмокнув дядюшку в шершавую щеку, прошла на кухню. Поставив на стол трехлитровую банку, присела. Дядюшка подошел, близоруко осмотрел со всех сторон.

– Полнёхонька, – сказал он и сердито (я-то точно знаю, что его сердитость напускная) спросил.

– Какая же я транжира, дядюшка? Совсем нет. Просто: захотелось побаловать тебя…

– Избалуешь, приучишь… Будет плохо… Как после жить-то?..

– Перестань, дядюшка, – я нахмурилась, будто обиделась. – Медок свежий, настоящий. Пасечник, у которого беру, надежный. В твоем возрасте такой медок вдвойне полезен.

– Не напоминай про возраст, – укорил дядюшка и даже отвернулся.

– Обиделся? Ты что? Чай, – это его любимое с недавних пор словечко, – не красна девица.

– Все равно… Старость, чай, не радость… Для всякого… Насчет мёда, то… я и сам в состоянии…

Я позволила тут прервать.

– О чем речь, дядюшка?! На твою, извини, вшивую пенсию?..

– Кстати, – он ударил себя в грудь, – максимальная. Как у большинства…

– Твоя максималка, дядюшка, – смешная.

– Какая есть, племянница, на ту и живу.