Сказания новой Руси. Рассказы, сказки, памфлеты, эссе

– Хочу, – говорит, – и точка!

Собрался наш Совет Старейшин (иногда еще, как гласят легенды, сей правящий орган заковыристо называли «ПОЛИТБЮРО») и стал судить-рядить: как быть? Отказать? Но неудобно как-то, потому как гость, хоть и вражина, явно чуждый элемент, но правила этикета, знаете ли, чего-то там предписывают.

– Пущай общается, коли нужда такая, коли так приспичило, – почти единодушно порешил Совет и поручил оное важное государственное помышление исполнить главной государственной страже, стоявшей всегда начеку, бдевшей о безопасности денно и нощно.

Главный стражник встретился с заморским гостем и сказал:

– Ладно уж… Общайся, так и быть, например, с «водилом»…

– А что есть «водьиллом»? – переспрашивает тот.

– Ну… это… – главный стражник показал руками, будто крутит баранку.

– Yes, yes! – отчаянно закивал гость. – Поньято… Это – car driver… Yes?

Главный стражник подтвердил:

– Yes! – это было одно из десяти слов его полного аглицкого словарного запаса.

– А он, «водьиллом», простой русский парень, да? – интересуется далее гость.

– Проще, сэр, некуда, – ответил наш и незаметно ухмыльнулся.

– Карращё! – на ломаном нашем согласился гость и по-приятельски хлопнул главного стражника по плечу, а тот сморщился от боли, так как давно уже страдал почечной недостаточностью. А после, видимо, для ясности, продублировал на своем. – Well!

Наши ведь не лыком шиты: все предусмотрели. Они подсунули заморскому лидеру, в самом деле, простого мужика, шоферюгу, из своего закрытого гаража.

Мужик с перепугу заартачился. Но стражники, коих еще называли «чекистами», ну, то есть те самые, которые народ обычно чикали, быстрёхонько успокоили.

– Не тушуйся, – сказали они, – рядом всегда будет наш человек, толмач. В случае чего – даст знать.

Мужик спрашивает:

– А как?

– Например, дернет за фалду пиджака.

– Ну, и что?!

– Один раз дернет, то это будет означать, что тебя начинает заносить не в ту степь.

И вот заморский правитель изъявил горячее желание посмотреть вечернюю Москву. Ему подали машину, которую наш народ прозвал «членовозом». За баранкой – ясное дело, наш Ванька сидит. При параде. Деревенские, которые Ванюшку еще видели бегающим по задворкам голозадым, не признали бы.