Годы испытаний. Честь. Прорыв

Тогда ТАСС опровергало, что немецкие войска перебрасываются в Болгарию с ведома правительства СССР.

– Я что-то не улавливаю связи между этими двумя опровержениями, – признался Савельев. – При чем тут немцы, Болгария и эти японские измышления?

Канашов улыбнулся.

– Германия подтягивает свои войска ближе к нашим границам. Война назревает…

– Не думаю, – проговорил Бурунов, – чтобы Гитлер вздумал, затеяв войну с Англией, напасть на нас. Ведь это грозит Германии войной на два фронта. А Гитлер в своих речах осуждает военных руководителей кайзеровской Германии за их стратегическую слепоту в Первой мировой войне – сражение на два фронта.

– То, что они не рискнут воевать сразу на два фронта, с этим я согласен, – сказал Канашов. – Но не забывайте, что капиталистам всегда легче сговориться друг с другом, чем с нами.

– А я твердо убежден, что от войны мы гарантированы лет на пять, – уверенно возразил Бурунов.

– Да, для нас это было бы неплохо, – согласился Канашов, – учитывая, что мы недавно перешли на новую систему боевой подготовки и в армию поступает новая техника.

– Конечно, если бы на границе назревало что-нибудь серьезное, наши батальоны не сняли бы со строительства укрепленного района, – предположил майор Белоненко.

– Правильно, – поддержал его Аржанцев.

И только всегда критически настроенный капитан Горобец усомнился:

– Но зачем же тогда прибыли туда саперные части? Загорать?

– Продолжать строительство, – сказал Белоненко.

– К вашему сведению, они ведут строительные работы только в ночное время, – сказал полковой инженер.

– Вот это и плохо, – не унимался Горобец. – Немцы открыто день и ночь возводят укрепления, а мы играем в маскировку и теряем драгоценное время.

– Не думайте, капитан Горобец, что наше командование не учло всех плюсов и минусов этого дела. Раз так делают, значит, для нас это более выгодно, – заметил полковой инженер.

Но Горобец не согласился с ним, и тот, желая убедить упрямого капитана, сказал:

– Вы, капитан Горобец, я вижу, воинственно настроены. А политика – вещь чрезвычайно тонкая. Приказать открыть огонь, начать войну не очень трудно, а вот предотвратить ее куда сложнее…

– Да, совсем забыл, товарищи, – сказал пропагандист полка, – на той неделе к нам приедет лектор из округа и прочтет лекцию о международном положении.