Годы испытаний. Честь. Прорыв

 – И учения эти должны состояться не позже конца июня… Значит, в конце мая надо выйти в лагеря.

– Не получится! – махнул рукой Муцынов. – Не могу же я разорваться. За два месяца и лагерь построить, и стрельбище оборудовать, да еще и спортгородок…

Но комдив решительно прервал его:

– Хватит! Мне все ясно…

Русачев хорошо понимал, что только Канашов может выполнить эту трудную, ответственную задачу, и поэтому сказал:

– Подполковник Канашов, даю вам полтора месяца на все оборудование лагеря. В ваше распоряжение прибудет авторота.

Приказываю закончить все работы к середине июня. Понятно?

Все это произвело впечатление грома, грянувшего среди ясного неба. Все растерялись. Один Канашов оставался невозмутимым, будто это его не касалось. Он знал: Русачев упрям в своих решениях и всякие возражения бесполезны.

– Завтра же представить мне на утверждение план боевой подготовки полка на этот период, – добавил он.

Муцынова сначала ошеломило неожиданное решение, но постепенно он пришел в себя: «Что ни делается, все к лучшему».

Он торжествовал победу и с насмешкой поглядывал на Канашова. «Поглядим, как у тебя выйдет… А то вечно суешься со своими предложениями…»

– Готовьте полки к строевому смотру, – приказал комдив. – Перед выходом в лагеря проверю.

4

Возвращаясь домой, Канашов думал, что не бывает худа без добра. Благодаря этому решению комдива его полк раньше других начнет полевые занятия. Это хорошо… Надо еще сегодня до обеда закончить рекогносцировку лагеря, а завтра с утра направить всех на работу.

Он отдал приказ дежурному по полку сыграть сбор тревоги для командного состава полка. Через полчаса все направились в район лагеря. Канашов сразу распределил работы среди комбатов: Белоненко поручил оборудовать лагерь, Урзаеву – стрельбище, батальону капитана Горобца – спортгородок.

Командиры переговаривались:

– Всегда все на нас валят. Учение проводить – наш полк, на границе укрепленный район строить – мы, лагерь выбрали новый – опять нас впрягли.

– Канашов думает отличиться… Честолюбие не дает покоя.

– Верите, товарищи, – говорил командир роты Верть, – я забыл, когда ходил в кино. Вот и набирайся культуры. Какая там культура? Жены от нас скоро откажутся, дети отвыкнут.

До Канашова доходили эти разговоры, но он никому не давал нахлобучки. «Ладно, пусть выговорятся. За мной еще будет слово, – думал он. – Прежние успехи кружат некоторым голову. Готовы век жить воспоминаниями о былых заслугах.