Ржевская дуга. Детство. Стихи и проза о Великой Отечественной Войне

Помню, как и мы с мамой перетаскивали валенки отца и двух не женатых его братьев, из одного подвала, где валенки были спрятаны, в другой, в котором обыск уже прошёл. Это позволяло устройство подвала в доме. Я к этому времени, уже начал ходить.

Ещё раньше, когда фашисты только наездами появлялись в деревне, но уже обыскивали дома и отбирали всё, что им представлялось ценным, мама закопала в огороде велосипед, швейную машинку и деревянный бочонок с засоленной свининой. Чемодан с тканями мама обшила мешковиной и привязала к детским санкам, получилось сидение, то есть вроде естественной принадлежности к санкам.

Стало понятно и то, почему в первый приезд офицера немца интересовали наши реки. Женщин окрестных деревень, в том числе и нашей, стали гонять на рытьё окопов по западным, то есть противоположным берегам наших речек. Рытьё окопов продолжалось до наступления морозов в ноябре. Поэтому, когда под Москвой фашистам всыпали по полной, они отступили на подготовленные заранее укрепления, и наша деревня стала линией фронта.

Глава 6. 1942 год. Между фронтами. Мне-8 лет

В начале двадцатых чисел (21 или 22) января всех способных держать в руках лопату выгнали на расчистку дорог. Снега было много, разгребали до самой земли. Вдоль дороги образовались огромные валы, так как мы работали с рассвета и до темноты несколько дней. Когда эта огромная снежная траншея была закончена, по ней пошла техника, машины, танки, пушки, всё это переправлялось через Сукромлю на западный берег.

Войска шли около суток, за техникой уходила пехота, организованно, в плотных порядках. Вдоль всей дороги, по обеим сторонам, очевидно, на всей её протяжённости, были устроены посты прикрытия: окопчик в снегу с пулемётом и тремя солдатами, так было и напротив нашего дома. Ещё недели за две до этого, в поведении фашистов ощущалась нервозность, все деревенские, даже дети, понимали, что приближается что-то страшное и непредсказуемое и спать ложились не раздеваясь, чтобы в любой момент быть готовым ко всему.

Около полуночи, 26 января мы услышали звон бьющегося стекла и увидели через разбитые окна пламя огнемётов. Это солдаты в чёрных мундирах поджигали дома. Ночь была очень холодной. Из разговоров взрослых я помню, что было больше 40 градусов мороза. Младшего брата мама усадила на тот самый чемодан, закутав его во всё тёплое, что только нашлось, и привязала к санкам, Так он и сидел на санках у горящего дома.