Система Разума

Вокруг меня стояло несколько мьюмо. Тех самых разумных, которых я по недомыслию нарек сначала людьми-лекарями. На самом деле они оказались гуманоидами. Не людьми, но очень на них… то есть – нас, похожими. Отличался от обычного человека обычный мьюмо только вертикальным расположением зрачков второй пары глаз. Эти самые даже не глаза, а так – глазенки, находились немного выше стандартного места нахождения штатных людских бровей. На лбу, в общем.

Второй комплект органов зрения вместо роговой щетины имел какие-то кожные наросты.

Специализация у мьюмо в отряде сотника Палта действительно была «врачеватель». Один лекарь, приложив к уху странную шкатулку и прикрыв нижний комплект глаз, нараспев выдавал плохо вяжущийся по смыслу текст. Мантру «шамана» оборвал мой зычный мат.

– Какого вы тут со мной делать удумали, изверги?! – меня сильно озадачили занесенные над родным организмом две тяжеленые кувалды в руках черных гномов.

Момент появления рядом с собой инопланетных лекарей усиленных парочкой косматых коротышек почему-то не отразился в воспоминаниях. Совсем. Вот я вижу четкую картинку боя, когда Кот бомбит неприятельские отряды. Вот сотник в лицо мне из фляги поливает, эльфы внутрь «черепахи» под защиту копейщиков нырнули. Несколько воинов по приказу Бурфа закрыли мое тело щитами от возможных вражеских стрел… А когда мьюмо и гномы очутились тут, не видел.

Ох и не нравится мне фрагментированная собственная память!

– Сотник, «приходящий» пришел в себя, – лекарь-певец окликнул Палта.

В ту же секунду бородатый глава «поисковой команды» подскочил к нам. Взгляд у него был встревоженный. По его знаку молотобойцы, которые собирались сделать из меня отбивную, отпустили свои громадные орудия.

– Мы подумали, что нежитью ты становишься, «приходящий», – успокаивал меня сотник, помогая подняться на ноги. – Видели мы, как люди меняться начинали. Прямо, как ты сейчас. Уважаемый Мки обряд хотел совершить. Приготовить вас.

– А кувалды гномов – это такое средство, от которого мое мясо вкуснее станет? – еще не решив до конца, злиться или ехидничать нужно, поэтому фразу выдал с глубоким вздохом вначале и с не менее глубоким выдохом в конце.