Артефакты. Будни экономической милиции 90х

– Если его посадить, то кто за него будет бегать утрясать вопросы? Кто за него будет решать с прокуратурой и потерпевшими?

И действительно, ровно через год выяснилось, что всё это грязные домыслы. И ему даже выплатили за весь год зарплату, так как он вынужденно находился в "простое", будучи необоснованно уволенным.

–7-

Собираюсь отнести презент, кажется в больницу. Мне объяснили что для наибольшей эффективности, чтоб уже всё получилось, пакет должен иметь вид наполненности:

– Кладёшь основное: коньяк, икру, вино или что ты там собралась, а остальное пространство набиваешь чем угодно: яблоки, апельсины, пакет сока, нарезку колбаса/ сыр.

Чтоб получатель, глядя на пакет, не мог отказаться. И чтоб распаковав его он получил сервированный стол. Понятно?

Знания – сила!

–8-

Когда я ругала свою работу / службу, то мой напарник, который тоже пришёл сюда служить ближе к тридцати с солидным бэкграундом, возмутился:

– Посмотри, кем ты сюда пришла, и кем стала.

Эта служба тебя воспитала. Теперь тебя поставь на руководство – ты всех … как динозавр.

Главный педагог

Мой сосед по столам, его звали С.Г. – бывший начальник следствия самого большого района нашего города, подполковник. Его выперли к нам в областное управление ГСБЭП старшим по ОВД с правом вести следствие, что было для него солидным статусным понижением, но ему до отставки оставалось пару лет.

С.Г. было примерно сорок три года, небольшого роста, полноватый – щёчки уже подвисали, лысоватый, русский.

Он очень подолгу бывал на больничном с желудком и давлением.

Наш начальник отдела – Б* – тридцати пятилетний майор, высокий средней упитанности молодой мужчина, который имел бесценный опыт годового участия в следственной группе по "узбекскому делу", категорически утверждал, что С.Г. уже в маразме. Как известно, пенсия/отставка в МВД наступает в сорок пять лет. А пенсию просто так не дают

С.Г. со своим маразмом был категорически не согласен.

Напротив, он утверждал, что только начинает жить:

– А что я в жизни видел?

Те редкие дни когда С.Г. присутствовал на работе, для меня были праздником. На "его послушать" – можно было билеты продавать. Ибо опыта у него – бескрайние грани. Но сжирала карьеру этого ценного кадра безграничная жадность, а такого терпеть никто не хотел.

С.Г. как раз в то время строил себе домяру у реки и был поглощён исключительно этими вопросами.