Оборотни. Очерки притворства и приспособленчества

Педагогическая тема главенствует и в других книгах Гавриила Кротова – и в его воспоминаниях о довоенном периоде жизни («Три поколения»), в сборнике его писем с фронта, который читается как необычный роман («Мы будем вместе»), и в поздних воспоминаниях «Записки брадобрея царя Мидаса», и в повести «Волшебный сок», и в документальной книге «По существу дела», где показаны обстоятельства его многолетнего лагерного заключения, явившегося следствием нежелательной для власти педагогической активности, и в сборнике стихов «Лефортовские записи», и в тех книгах, что пока ещё не опубликованы.

При жизни автора ни одна из его книг не увидела свет.

Виктор Кротов

Очерк первый.

Пути приспособления

Гане дают особое задание

Жизнь чоновцев[1 - Участники вооружённых групп, создававшихся при заводских партийных ячейках.] была напряжённой. Караульная служба – охрана оружейного склада на окраине города и пороховых складов за городом – сочеталась с работой по восстановлению хозяйства.

Да и короткий отдых был тревожным: усиленное ночное патрулирование и выступления по тревоге для отражения нападений на склад боеприпасов (пороховой склад) были не редкостью.

По уезду и в окрестностях города бродили отряды атамана Семёнова, мелкие, но подвижные. Семёновцы пользовались поддержкой казаков, лишившихся царских привилегий, купцов, сжатых тисками комбедов, «зелёных», скрывавшихся в лесах, и белогвардейцев, притаившихся среди населения.

Отряды делали налёты на сёла и аулы, расправлялись с теми, кто поддерживал большевиков.

Но чоновцы, военкомат, партийное руководство, а тем более чекисты, понимали, что это не главное. Это только борьба нервов, психологическая война, цель которой была: по возможности разрушить ядро, уничтожить актив, запугать робких, парализовать сопротивление населения. Чувствовалось, что белогвардейцы группируют и организуют силы, действуют по обдуманной программе тихо и осторожно. В ход было пущено всё: слухи об успехах Врангеля и о помощи войск сильнейших стран, религиозные пророчества, слухи о чудесах и видениях.

Даже сочувствующим советской власти подсовывали лозунг: «За советы, против коммунистов!» с густейшей примесью антисемитизма.

– Да, клин клином вышибать надо, – задумчиво произнёс Юрьев, вернувшись от начальника ЧК. – Вот, Ганьша, есть у меня особое тебе задание. Хочу послать тебя в разведку.

Вечерняя дрёма и скука моментально слетели.