Грюнвальдский бой, или Славяне и немцы. Исторический роман-хроника

– Прости меня, молодой витязь, – начал он торжественно, – что я усомнился в твоей храбрости, кланяюсь тебе и первый говорю: виват!

На медведя с ножом

– Виват! Виват! – подхватили несколько голосов.

– Я ещё не кончил, – заявил старый воевода, – ты, кроме храбрости, обладаешь ещё одним великим качеством: ты скромен. В этом твоя сила и слава, ты – достойный сын своего отца. Помни, мирза Туган, мой дом всегда открыт для тебя – я тебя готов счесть за сына!

С этими словами старый воин открыл объятия и горячо обнял молодого татарина, который, окончательно сконфуженный, едва нашёлся, чтобы поцеловать воеводу в плечо.

– Ну, панове! – возгласил Бельский, – надеюсь, теперь охота кончена, едем же обратно к старому князю, поблагодарим его за гостеприимство, да и по домам!

Тронулись в обратный путь. С десяток татар-загонщиков, привязав громадную тушу медведя на большую жердь, с усилием тащили её сквозь чащу. По мере того, как приближались к улусам, навстречу охотникам высыпали всё новые и новые толпы любопытных, желавших видеть трофеи охоты.

Вид громадного дикого зверя смущал многих, и восторгу татар не было предела, когда стало известно, что его убил молодой мирза Туган.

Рассказав в нескольких словах подвиг молодого человека его отцу, Бельский с любезностью кровного поляка поздравил старого мирзу со счастьем иметь такого героя-сына и взял со старика слово, что сын его на этих же днях отдаст ему визит в его замок Отрешно.

Это приглашение было такой большой честью, что её редко добивались даже самые родовитые паны из соседей и дружинников Витольда.

Согласно задуманному плану, на другой же день, по возвращении в Отрешно, он отправился к великому князю, гостившему тогда в своих родных Троках.

Ему хотелось передать Витольду о том, что он видел в лагере под Ак-Ташем и о новом способе боя с рыцарями.

Глава IV. Витовт

Среди громадных дремучих лесов, среди крайне пресеченной местности вдруг перед утомлённым взором путника мелькает вдали голубая полоска воды; он подходит ближе, и перед ним развёртывается чудное тёмно-синее озеро, словно в прихотливой раме заключённое в зелёнеющих, доросших вековым лесом берегах. Длинный и узкий остров с огромным замком, построенным на нём, виднеется среди этого водного раздолья.