Становление Третьего Мира. Мировой бестселлер

А нравственный, добродетельный государственный человек, как Вы говорите, мистер Берг, есть такое же внутреннее противоречие, как целомудренная проститутка, воздержанный пьяница или кроткий разбойник. К сожалению, мы пользуемся благами культуры и цивилизации, но не благами нравственности. При настоящем состоянии Человечества можно сказать, что счастье государств растёт вместе с несчастьями людей, проживающими в них. Так что невольно задаёшь себе вопрос, не счастливее ли были люди в первобытном состоянии, когда у них не было этой лжекультуры и цивилизации, чем в нашем настоящем состоянии? Нельзя сделать людей счастливыми, не сделав их нравственными.

А чтобы сделать людей нравственными им необходимо время для развития своей личности, самосовершенствования и повышения уровня осознанности. И вновь мы пришли к пониманию критерия экономии времени, с которого и началась наша дискуссия. Надеюсь, что я достаточно полно ответил на Ваши вопросы? Или может быть, уважаемые дамы и господа, Вы ещё желаете что-то спросить.

Андерс Ганлоу внимательно осмотрел конференц-зал, стараясь вглядываться в каждое лицо слушателя, чтобы убедиться дошли ли его искренние и откровенные слова до каждого человека, до каждого людского сознания, до каждой родственной души. На одних лицах он прочитал удивление, на других озадаченность, на третьих понимание, на четвёртых поддержку. Когда его взгляд остановился на лице мэра Стонфилда, то он был крайне поражён откровенными слезами и непривычной для делового человека улыбкой умиления, которая волшебным штрихом застыла на его устах.

– Уважаемый, мистер Бар, – позволил себе обратится к мэру Андерс Ганлоу, – у Вас произошло что-то серьёзное? Вам помочь?

– Спасибо, дорогой и уважаемый мистер Ганлоу за Ваши правдивые и честные слова, – встал со своего места мэр Стонфилда, светящийся от счастья, и, подойдя к Андерсу, искренне пожал ему руку, – Вы мне уже помогли сегодня утром, очень сильно помогли. Я благодарен Вам от всей души.

– Я? Чем? – удивился Ганлоу, – Неужели моей лекцией?

– Нет! Мне позвонил лечащий врач моего сына и сообщил, что произошло чудо, – проговорил мэр, сделав многозначительную паузу, – ему стало гораздо лучше сегодня, и он самостоятельно встал с постели, к которой был прикован на протяжении семи лет.

Зал бурно зааплодировал словам Оскара Бара, ничего не понимая в сказанном мэром Стонфилда. И только Андерс Ганлоу благодарно улыбнулся и понимающе похлопал Оскара по плечу.