Становление Третьего Мира. Мировой бестселлер

Почему Россия и её союзники находят в себе силы и возможности провозглашения и воплощения данного принципа развития общества, и почему Великая Америка всячески тормозит присоединение к этим гуманистическим истинам и законам?

– Мистер Ганлоу, Вы задаёте правильные, но слишком серьёзные вопросы, на которые, к сожалению, я не могу Вам дать ответ, – беспомощно пожимал плечами мэр Стонфилда, – я Вам уже сказал, что так работает американская система правления, и я не могу в одиночку побороть её.

– Я не призываю Вас бороться с порочной системой, мистер Бар, я лишь прошу Вас самого начинать вести честный и праведный образ жизни без взяток, без откатов, без обмана и лжи, – говорил Андерс, пристально глядя в глаза собеседника, – разве это не в Ваших силах управлять своими действиями и мыслями. Великая истина жизни говорит, хочешь изменить Мир к лучшему, начни с себя.

– Так то оно так, мистер Ганлоу, – проникновенно заговорил Оскар Бар, отбросив внешний лоск и былую напыщенность светского респектабельного человека из высшего общества, – но как я Вам уже говорил, мой родной сын очень серьёзно болен и я просто вынужден тратить много кредитов на поддержание в нём жизни.

– Вот, мистер Бар, наконец-то, мы с Вами и добрались до истины, – загадочно прошептал Андерс, почти вплотную приближаясь к уху собеседника.

– К какой истине мы добрались? – так же шёпотом вопрошал мэр, полностью сбытый с толку и озадаченный необычными словами Ганлоу.

– Во-первых, что не в деньгах счастье, а, во-вторых, к очень простой божественной истине: «Если что-то хочешь получить от Вселенной, отдай», – очень спокойно и возвышенно произнёс Андерс Ганлоу, – это короткая и ёмкая фраза подразумевает под собой то, что люди должны помогать друг другу и любить друг друга. Если каждый человек на Земле поделится со своим ближним, поможет бедным и нуждающимся, больным и страждущим, то от этого выиграет каждый, поскольку отдающему с любовью Вселенная воздаёт всё всегда с торицей.

– Что Вы хотите этим сказать, мистер Ганлоу? – выгнулись удивлённо брови у Оскара Бара.