Агнес из Сорренто. Впервые на русском!

Нет ничего удивительного в том, что сын и наследник, будучи человеком в не меньшей мере, чем принцем, поступил так же, как любой другой мужчина на его места, – а именно, влюбился без ума в это ослепительное, порхающее, то ускользающее, то снова манящее его экзотическое существо, ко встрече с которым его не подготовил ни один университет. И, в конце концов, не удивительно, что уже через несколько недель после своего возвращения домой этот самый принц не знал, стоит ли он на ногах или вверх ногами, встаёт ли солнце на восходе или на западе, и не вспомнил бы, как его зовут или где он находится.

Одним словом, молодая пара очень скоро достигла волшебной страны, где нет ни ориентиров, ни времени, ни широты, ни долготы, а лишь бесконечные прогулки по очарованным аллеям среди поющих соловьёв.

Только стараниями внимательно наблюдавшей за событиями Эльси молодые попали в это райское место через законные ворота брака: пожилая мать видела, что молодой человек готов был сложить что угодно к ногам своего божества, и не преминула этим воспользоваться.

Итак, они предстали перед алтарём столь же пламенно влюблёнными, как Ромео и Джульет; однако, какое отношение может иметь истинная любовь к наследнику сотен поколений и римских титулов? И роза любви, проходя через все стадии от бутона до полного цветения, однажды тоже начинает осыпаться. Это вполне естественно, ибо кто слышал когда-либо о бессмертных розах?

Наступил момент, когда всё стало известно. Изелла готовилась стать матерью; и в это время буря обрушилась на неё и швырнула её в грязь с такой же силой, с какой грозовой ветер крушит нежные лилии, взлелеянные летним солнцем.

Принцесса была женщиной очень набожной и благоприличной; именно поэтому она без сожаления выбросила свою воспитанницу на улицу, как выбрасывают сорняки, и практически растоптала её каблуками своих дорогих туфель. Она простила бы ей любую шалость, – ведь вполне естественно, что девушка могла прельститься несравненным очарованием её сына, – но осмелиться подумать о браке! Дерзнуть называть себя женой её сына! Стать частью древнего римского рода! Слышал ли кто-либо о подобном предательстве со времён Иуды Искариота?

Говорят, что в те времена было модно карать преступников замуровыванием, особенно в случаях, когда требовалось избежать огласки мелких семейных неприятностей.