Честь имею… Или все-таки поимели меня?!

Однажды в одном из коридоров серого здания ко мне подошел незнакомый мужчина в гражданской одежде, улыбнулся так, как улыбаются маленьким милым детишкам, и спросил:

– О, это ты та девчонка, которая полицию любит?

– А вы разве не любите?

Он захохотал и поспешил удалиться. Позже я узнала, что он – начальник одного большого отдела, по всем формальным и, оказывается, необъективным признакам, это серьезный и уважаемый человек. Видимо, уважение и заинтересованность в службе – это отнюдь не то, за что назначают на высокие должности.

Обдумывать свое бедственное и бесперспективное положение мне становилось все обиднее и неприятнее с каждым днем. И тут я поняла, что мне снова нужно сделать то, что я умею лучше всего. Мне снова нужно написать письмо. И я его написала:

«Я не один месяц силилась собрать свои мысли, чтобы написать это письмо. Но все никак не выходило перевоплотить горестные эмоции в печатные буквы. Неверие в то, что мне помогут, останавливало меня. Наверное, я слишком много знаю об этой жизни, чтобы верить в реальность ее положительных качеств.

Сегодня я наконец расскажу вам о своей беде. Нет больше сил думать об этом в одиночестве.

В детстве, глядя, как мой папа, сотрудник органов внутренних дел, надевает форму, собираясь на службу, я не могла отвести восхищенный взгляд. На всем белом свете не было для меня никого красивее папы. Я зачитывалась книгами о подвигах советских милиционеров, мечтая, что однажды тоже надену погоны и никогда их не опозорю.

Мне безумно хотелось воспевать великие дела людей в форме, учить общество уважать их тяжелый труд. Образец благородства и мужества, честный, самоотверженный, компетентный – вот таким должен быть сотрудник правоохранительной системы. Вот таких туда берут. Потому что только такие люди способны сделать мир лучше и отдать свою жизнь во имя других людей. Если я буду именно такой, меня обязательно примут в органы. Но я ошиблась.

В 2003 году я поступила на факультет филологии и журналистики РГУ.

И сразу же начала пытаться стать внештатником отдела новостей. Мне отказали. Не интересуясь, как я пишу, почему тянусь к ведомству, не желая даже увидеть меня. Просто хладнокровно отказали по телефону. Всю жизнь буду помнить ответ тогдашнего начальника пресс-службы: „Нам никто не нужен. Все кадровые вопросы мы решаем своими силами“. Шли годы учебы в университете и продолжались мои попытки приблизиться к моей мечте. Бесполезные попытки.