Злой и коварный демон Буратино. Часть II

Как такое возможно, чтобы леди управлялась с оружием наравне с джентльменом? Просто уму непостижимо!

Оставив вопрос без ответа, Элеонора отсчитала двадцать шагов, развернулась на сто восемьдесят градусов и замерла по стойке смирно, готовясь в любое мгновение спустить курок.

– А прицеливаться ты собираешься? – спросил Монти, косясь то на бутылку, то на супругу.

– Зачем? Тут ведь совсем близко.

– Тогда стреляй! – скомандовал Аллан Кросби. – Уж больно мне не терпится ощутить в кармане лишние десять гиней.

– Как скажете.

Миниатюрная ручонка, уверенно удерживающая тяжелый пистолет на весу, резко вытянулась вперед, и через секунду раздался настолько оглушительный хлопок, что многим из присутствующих пришлось зажать уши ладонями. Потом помещение таверны заволокло густым дымом, тем самым мешая с ходу определить, кто именно стал победителем заключенного пари. Хотя большинство присутствующих не сомневалось в исходе, ибо ни одна женщина на свете не способна поразить цель даже с расстояния двух шагов, поскольку природа посчитала ненужным наделять слабый пол подобными навыками, предложив взамен умение соблазнять мужчин пухлой грудью и широкими бедрами.

– Всем стоять на месте! – выкрикнул Малоун в надежде подскочить к столу раньше остальных, дабы получить возможность незаметно убрать пенс с горлышка бутылки.

– Сам стой на месте! – осадили хитреца несколько гостей. – Пусть сначала дым рассеется.

– Согласен, – усмехнулся Аллан Кросби, но тут же осекся, округлив от изумления глаза.

– Как попала? – послышались отовсюду удивленные возгласы. – Не может быть! Ты что-то путаешь!

– Подтверждаю! – радостно произнес Монти, подойдя к дырке в стене и указав пальцем на согнутую монету, выглядывающую из нее наружу. – Моя жена прирожденный стрелок. Браво, дорогая! Думаю, пистолет стоит дороже десяти гиней. Кто-нибудь хочет его купить?

– Советую приберечь оружие на случай нового пари! – с не меньшей радостью воскликнул обрюзгший детина, который совсем недавно жаждал услышать пение женщины, заключенной в клетку.

– Это ж двухнедельный оборот, – ударил по плечу друга Малоун. – И ты еще набираешься наглости предъявлять Элеоноре претензии?

– Я ведь не знал, что она такая меткая.