Мост для императора

 – Да вот тут перечислено всего 26 единиц хранения.

– И ты думаешь все это разыскать?

– Попробую.

– Ну, в путь.

– Мы знаем, что все сокровища были переправлены на правый берег Березины. То есть они могли быть спрятаны на правом берегу Березины в районе, где на тот момент находилась императорская ставка. Я считаю, что в ночь с 15 на 16 ноября Наполеон отдал приказ затопить трофеи в ближайшем к ставке водоеме.

– Но, это не российская земля, ты отдаешь себе отчет? – поинтересовался отец.

– Да, пап. Но.

Есть предположение, что и в Смоленской области, на Семлевском озере, под Вязьмой, спрятаны немыслимые сокровища. И знаешь, чьи это сокровища?

– Неужто твои?

– Наши. В этом озере, поздней осенью 1812 года Наполеон утопил свою огромную добычу.

– Прям-таки огромную.

– И даже золотую царскую карету.

– Карету?

– Да! Старинное оружие, воинские доспехи…

– Да. Бежать с таким багажом было не сподручно. И удирать от наших доблестных войск тоже.

– Пап, я бы тебя попросил. – Иван встал во весь рост за своего оскорбленного героя.

Но отец на то и отец, чтобы быть выше.

– Да-да. И преследовали «гостей» по пятам, да и партизаны давали «прикурить». – Пётр Федорович сегодня явно был в ударе.

– У него оставался один выход: спрятать их до лучших времен. – Не сдавался Ваня.

– А ты думаешь, что он надеялся вернуться?

– Я уверен, что он на это рассчитывал. Не оставлять же золото-бриллианты у Смоленской дороги? Так или иначе, но однажды ночью императорский обоз исчез.

Тогда-то и пошел слух, что в качестве тайника Наполеон выбрал Семлевское озеро. Оно лежало в стороне от тракта, по которому отступали французы. Я думаю, что он думал…

– А он думал, что ты думаешь…

– Пап. Я читал его письма, его мемуары, я знаю ход его мыслей. Он думал, что окружающие озеро болота должны стать естественными барьерами прежде чем он вернётся за кладом в негостеприимную Россию.

– Скажите, пожалуйста. А кто его в гости-то приглашал? Его никто и не звал, сынок. С чего бы нам быть гостеприимным к этому европейскому сброду?

– Пап.

– А ты разве в своих этих мемуарах не вычитал, как он всю Европу как стадо погнал на наши пастбища?

– Читал.

– Так-то. И что там с твоими сокровищами? Смоленск – это же по нашей дороге…

Отец на радостях, что сын перестал искать взрывчатку минувшей войны, был готов разрешить ему искать хоть сокровища Юлия Цезаря, хоть Александра Македонского, хоть самого Аттилы.

– Пап, точных сведений нет.